Вдохновленный словами старой девы, наша героиня готовит непростую игру против темных сил — откажется ли она инициации или примет её, чтобы выжить в опасном мире ведьм. Атмосфера книги напоминает сказку о перевоплощении, где каждый шаг может стоить жизни в мире добра и зла....
— Вот и иди «не туда»!
Керт тяжело вздохнул и направился за мной. Но стоило ему закрыть за собой калитку, как магическая защита кладбища заискрила и накрыла кладбище пузырем магического купола, того самого, который маги-перестраховщики установили еще во время войны. Вот только его уже не активировали сотни лет…
— Это что сейчас было? — растерянно обернулась я. — Ты что, ненормальный? Активировать резервный купол?! Он же нас отсюда до самого рассвета не выпустит!
Но, к моему удивлению, на лице Керта была написана такая же растерянность, как и на моем:
— Это не я, — наконец, ответил он.
— А кто тогда?!
Почему-то мы оба, не сговариваясь, посмотрели на посох некроманта. Тот от неожиданности и необоснованности безмолвных обвинений даже несколько растерянно стукнул костяшками, а потом так демонстративно по одному пальчику собрался в кулак, что стало понятно — обиделся.
— Ты бы побольше доверял своему посоху, что ли, — кашлянула я.
— А ты бы поменьше на него влияла своим… ведьминским обаянием, — недовольно рыкнул парень.
— А кто или что он у тебя такое? — наконец, задала я давно мучивший меня вопрос. — Понятно, что чья-то рука. Хотя нет… — Я подошла ближе, рассматривая посох в лунном свете. Переключиться на него было гораздо интереснее, чем в страхе оглядываться по сторонам. — Скорее чья-то когтистая лапа… — по тому, как еще жестче сжался кулак, я поняла, что чем-то не угодила ей… ему? — Очень грозная, брутальная, но в то же время элегантная когтистая лапа, — исправилась я.
И по мере перечисления достоинств руки она медленно раскрывалась, демонстрируя мне свою благосклонность.
— Лапа как лапа, — буркнул некромант, сводя на нет все мои дипломатические потуги. — Между прочим, она когда-то принадлежала матерому упырю, который переродился уже настолько, что снова начал приобретать человеческие черты.
— Кому-кому?!
Я выпучила глаза. Об упырях я разве что из древних сказаниях и сказках слышала. Таких могли сделать только архимагистры некромантии.
— Упырю, — Керт подтвердил, что я не ослышалась. — Представляешь, он даже умудрился открыть свое собственное ателье в одном из наших городов. Правда, гостей принимала подчиненная ему девушка. Но шил он сам.
