Султан и его генеральный штаб наблюдали за происходящим и с интересом следили за событиями в Польше и старались хоть как-то просчитать возможные последствия. Поэтому после получения фактического ультиматума султан завис, не зная, что делать и что ожидать, ведь пойти на уступки он не мог, слишком много денег он получил от Германии.
Поэтому, когда прошло контрольное время, а султан никак не отреагировал, мы начали операцию возмездия.
В Крыму за операцию снова отвечал капитан 1-го ранга Колчак, который после недавних событий был готов вписаться в любую драку. Поэтому именно он при штабе Эбергарда собирал всю возможную информацию и готовил данные для бомбардировки. В нашем времени своего часа ждал специально выделенный под особые задачи Су-34 и несколько корректируемых авиабомб высокой мощности.
В итоге на момент бомбардировки русское посольство в Османской империи было свернуто и в момент неполучения ответа на ультиматум, последний представитель МИДа сел на зафрактованную рыбачью шхуну и вышел в море, где его вскоре подобрал русский эсминец.
Ну а потом наступило время «Ч». Су-34 с подвешенными одной КАБ-1500 и двумя КАБ-500 взлетел на аэродроме в Каче и набрав высоту взял курс на Константинополь.
Момент старта красавца Су-34 был специально заснят и передан на центральный сервер и там разошелся по всем заинтересованным лицам.
Поэтому после того как Николай II отбрил наезд со стороны союзников, в Зимнем уже был подготовлен отдельный кабинет, где установили большой телевизор и подключенный к нему компьютер, соединенный с общей сетью. Подключившись к каналу на экран вывели всю получаемую информацию. Великий Князь Николай Николаевич как Верховный Главнокомандующий увидев меня в кабинете, чуть поморщился, прекрасно понимая откуда дует ветер новых перемен, и откуда такая смелось у Никки, но смолчал, уселся на предложенный стул и стал с интересом наблюдать за происходящим, понимая, что его приобщают к большим тайным играм.
«Утенок» при свете дня как раз уже подлетал к Босфору и с высоты в семь километров передавал виды с мощной цифровой камеры. И выглядело оно великолепно и величественно.
Подлетая к Константинополю, он стал снижаться, как раз к месту, где стоял на приколе многострадальный «Гебен», обнаружив и зафиксировав цель, пилот, с позывным «Таран» запросил подтверждение на сброс.
Я вопросительно посмотрел на Николая и тот чуть взволнованно кивнул головой в знак согласия.
