Офицер морской пехоты Черноморского флота вынужден вмешаться в ход событий Гражданской войны и ядерной зимы. Он пытается сохранить жизни обитателей бункера, сталкиваясь с угрозами спецслужб и враждующих сторон. Перед ним стоит задача защитить тех, кого он считает родными, в условиях тотальной войны.
Раздел Chitat.online для книги «Всегда война Часть 9 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Офицер морской пехоты Черноморского флота вынужден вмешаться в ход событий Гражданской войны и ядерной зимы. Он пытается сохранить жизни обитателей бункера, сталкиваясь с угрозами спецслужб и враждующих сторон. Перед ним стоит задача защитить тех, кого он считает родными, в условиях тотальной войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Офицер морской пехоты Черноморского флота вынужден вмешаться в ход событий Гражданской войны и ядерной зимы. Он пытается сохранить жизни обитателей бункера, сталкиваясь с угрозами спецслужб и враждующих сторон. Перед ним стоит задача защитить тех, кого он считает родными, в условиях тотальной войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Всегда война Часть 9 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Гинденбург удивленно поднял кустистые седые брови — какое-то странное нововведение.
И вот он сидит перед кайзером, и они внимательно смотрят друг на друга. Пауза продлилась больше чем надо и наконец кайзер проговорил, хотя в голосе явно были слышны нотки напряжения и растерянности.
— Пауль я очень рад вас видеть живым, но здесь, сейчас, в Берлине, когда буквально все газеты Европы трубят про захват русскими в плен командования Восточного фронта и 9-й армии. Это просто невероятно. Дайте отгадаю — опять пришельцы?
Гинденбург грустно вздохнул и ответил.
— Я примерно в курсе, что с вами произошло, было проведено тщательное расследование, но в общих чертах. Может проясните ситуацию? Вы добрались до станции Торн, началась бомбардировка и ваш поезд успел выскочить, перед тем как станция была окончательно уничтожена.
Генерал пожал плечами.
— Это была ловушка. Они специально не бомбили Торн и штаб 9-й армии и ждали, когда кто-то из высшего руководства туда прибудет с инспекцией. Мы то считали, что их аэропланы просто не могут по дальности долететь, а реально они нас просто опять перехитрили.
— Но вы же вырвались с горящей станции, чудом спаслись.
— Спектакль. Их аэропланы специально бомбили так, чтоб вызвать панику, создать видимость опасности и не повредить мой поезд. Во время очередного взрыва в поезд прибежали вроде как офицер и солдаты из комендантской роты, но реально это были переодетые новороссы. Они помогли вывести поезд с горящей станции, потом хладнокровно перестреляли адъютантов, охранников, телеграфистов из необычного тихого оружия. Потом появились головорезы в пятнистом. Нас посадили в летающие машины, надели на головы мешки и отвезли на их базу под Плоцком.
— Да. Мне так и доложили. Поезд, где не было ни одного живого свидетеля и даже раненные были добиты выстрелами в голову, был найден чуть ли не в открытом поле. Надеюсь рано или поздно они заплатят за это зверство.
— Не стоит, экселенц. Поверьте, с новороссами это не пройдет, и они потом снова наведаются в гости и тогда жертв будет еще больше.
Он сделал паузу, глядя на изумленное лицо кайзера и опять глубокого вздохнув, продолжил:
— Я сам потом спросил об этом генерала Оргулова, когда появилась возможность пообщаться лично, да и сам видел, как это все происходило. Новороссы не звери, не упиваются убийствами, это всего лишь солдаты, хорошо обученные, с огромным боевым опытом воины. Все происходящее больше походило на работу механизмов: они должны были уничтожить охрану поезда, поэтому, по их логике, оставить кого-то в живых и получить выстрел в спину — не разумно. Просто они, так же, как и мы, немцы, слишком рациональны, чем, не смотря на то что мы враги, сильно импонируют.
— Хм. В первый раз слышу такую оценку.
