Автор
В гневе и ярости, героиня решает продемонстрировать измену богатому бизнесмену в его ресторане. Ее жестовой акт настолько ошеломляет окружающих, что посетители даже боятся заставлять ее уйти под руки из-за угрожающего взгляда и прямого приказа охранника.
— Богачёв вернулся, — бросает она.
— Это я знаю, — киваю в ответ.
— Знаешь?
— Я видел их несколько раз.
— Следил за женой? — Мила тихо смеётся.
Я машу головой:
— Ну, не то, чтоб следил! В первый раз совершенно случайно увидел. Второй проследил.
Мы молчим. Я решаю спросить:
— Как давно это длится?
Милана вздыхает:
— С тех пор, как он здесь. Я думаю, где-то полгода. А, может и больше. Это она мне сказала полгода назад…
— Полгода? — шепчу ошарашено.
Как же я мог не заметить? Так долго! Как много раз они виделись, спали.
Увидев моё удивление, Мила пытается как-то утешить:
— Понимаешь, она не хотела тебя ранить, потому и молчала. Хотела сперва разобраться в себе.
— Разобралась? — бросаю я хмуро.
Милана в ответ усмехается:
— Думаю, да.
Я поднимаю глаза на неё. Жду, что последует дальше. Милана подходит к столу и садится.
— Такая страсть, как у них, не проходит бесследно, — произносит задумчиво, — Я ожидала чего-то подобного. А ты, разве нет?
Я не могу уложить в голове это слово — «полгода».
— И всё это время у них… отношения? — говорю, глядя перед собой.
Милана вздыхает:
— Ты пойми, я не знаю всего! Помню только, как Вита пришла ко мне как-то раз. Вся взбудораженная, взгляд сумасшедший. Говорит мне: «Он здесь! Мой Никита вернулся».
От боли меня аж корёжит:
— Прям так и сказала: «Мой Никита?».
— Ой, прости! — выдыхает Милана, — Не хотела задеть! Ну, ты же правду хотел? Я могу приукрасить.
— Не надо, — выставляю ладонь, призывая её продолжать.
— Ну, а потом эти прятки. Я вечно боялась, что ты узнаешь. Но как-то обман удавался! Но больше я врать не могу.
— И когда она собиралась сама обо всём рассказать? — говорю, подавляя почти нестерпимую злобу.
— Ой, Кость! — восклицает Миланка, — Она так запуталась! Говорит: «Я обоих люблю. С Шумиловым сын, с Богачёвым у нас общая дочка»…
— Подожди! — прерываю её, — А он в курсе про Майю?
Милана отводит глаза:
— В курсе, естественно. Но Майя не знает, пока.
«Пока», — это слово пощёчиной бьёт по лицу. Значит, пока не сказала? Но это всего лишь вопрос времени. Не пройдёт и полгода, узнает она, а потом…
— Она говорит, — усмехается Мила, — Меня тянет к нему! Ничего не могу с собой сделать.
Из груди вырывается стон. Я сжимаю ладонями голову:
— Ну, какой я дурак! Идиот!
— Не говори так, Костя, не надо, — пытается Мила утешить меня, — Ты не дурак. Ты просто любил её все эти годы. Любовь — это чувство такое.
