Автор
Вторая свадьба проходит под тучным небом, словно плащ несчастья. Глубокая сырость заполняет воздух, как будто сама уда стремится сдержать их шаги. Вместо радуги и света, Рионна Макдоналд видит лишь тень надежды на томине.
А потом снял с нее сорочку. Несколько минут он просто стоял, любуясь ее телом, прежде чем положить ладони на пока еще плоский живот, встать на колени и прижаться поцелуем к нежной коже. Поцелуем таким нежным и легким, что у нее растаяло сердце.
Рионна пригладила его волосы и прижала голову к своей груди.
— В своем чреве ты носишь наше будущее, — пробормотал Кэлен. — Это то, что связывает наши кланы и делает их единым.
— Ты даешь нашему ребенку большую ответственность.
Он снова поцеловал ее, осторожно разделил створки лона и прижался языком к чувствительной плоти.
Она тихо застонала и стала извиваться, пока он любил ее губами и языком. Он был невероятно терпелив и неустанно дарил ей волну за волной наслаждения.
Подводил к грани, только чтобы дать приливу улечься. Потом все начиналось сначала, каждый раз сильнее, чем прежде.
Она задыхалась и была так напряжена, что ныли мышцы. Умоляла его остановиться и тут же заклинала не останавливаться. Хриплый голос звучал все невнятнее.
Потом он поднял голову и одним мощным толчком вошел в нее, закрывая своим телом, вливая восхитительное тепло.
Он был в ней не только физически, но и в сердце, и в душе. Он был всем, о чем она могла думать, всем, что могла слышать и видеть. Он говорил, что она носит их будущее, но сам был ее будущим. Всем, что она хотела. В чем нуждалась.
В эту ночь куда-то девался грубый, властный воин. Мужчина, который так безжалостно брал ее много раз, превратился в нежного любовника, обращавшегося с ней, как с бесконечно хрупким бесценным сокровищем, ценимым больше всего на свете.
Он двигался медленно, размеренно, без усилий скользя сквозь ее влажный жар. И не переставал целовать ее губы, щеки, веки, шею и мочку уха.
Впервые в жизни Кэлен поклонялся ей так безоговорочно. Да. Он любил ее, как муж должен любить жену, но в эту ночь разница была очевидной.
Сегодня ночью… кажется, он любил ее сердцем, а не только телом.
Когда ее охватило блаженство, Рионна вскрикнула, и он прижал ее к себе, дожидаясь, пока она затихнет, и только потом вонзился и излился в ее глубины.
Потом она лежала в его объятиях, уткнувшись головой в плечо. Он был по-прежнему тверд, и между ее ногами разливалась липкое семя, но ей было все равно. Она не хотела разлучаться с ним даже на несколько минут, которые потребуются, чтобы обтереться мокрой тряпкой.
