Автор
Лоренс Дэлзил, избитый прежними отношениями в области BDSM, готовится к сорока. Он устал от скромных связей и бесцельного контроля, когда внезапно знакомится с новой формой взаимодействия - легкой досуговой стороной. Всерьез открывает перед ним мир, где нет больше теней и мук, зато есть только вольность и эйфория, приправленная легкими играми и приятными сюрпризами....
— Ты когда-нибудь видел саундинг? — спрашивала тем временем она, словно это совершенно нормальный вопрос для парня другого человека.
— Видел… саунд…
— О-о, Тоби! — Она подпрыгнула — не самое безопасное движение в этом конкретном платье — и потянула его за руку. — Ты с ума сойдешь. Пойдем, моя подруга Элис говорила, что хочет провести демонстрацию.
В итоге мы столпились вокруг какого-то парня и смотрели, как ему экспертно запихивают стержень из хирургической стали в мочеиспускательный канал. По крайней мере, Тоби смотрел.
Мои собственные чувства представляли собой один невозможный клубок противоречий."
"Мне не хотелось оставаться, но хотелось порадовать Тоби. А он в данный момент, кажется, был очень доволен, что пришел, хотя его зарождающаяся дружба с Грейс, скорее всего, не сулила мне ничего хорошего. Не в качестве причины для ревности, естественно, просто Грейс имела свойство… вдохновлять.
Незнакомый парень захлебывался в экстазе, умоляя Элис вынуть скорее, нет-нет, не вынимать, позволить ему кончить, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.
Несмотря на все усилия, меня все-таки пробила дрожь. Слишком легко оказалось представить руки Тоби на своем теле и плавное, неспешное вторжение металла.
Роберт никогда со мной этого не делал. Он любил контроль, а Тоби любил залезать мне под кожу. Ему хотелось проникнуть внутрь — в мое тело и мысли.
Мы дали Элис и ее спутнику — или, может, ее спутнику только на эту ночь — побыть вдвоем и перешли в другую комнату. Все помещение для вечеринки, на самом деле, представляло собой подвал, который наш хозяин, не жалея средств, переоборудовал в череду небольших темниц. Я бы, может, высказал что-нибудь шепотом Тоби о демонстрации такого полнейшего отсутствия воображения, но не хотелось становиться тем самым брюзгой на празднике секса, в чем меня обвиняла Грейс.
