А зачастую о них специально умалчивают, руководствуясь весьма вескими соображениями. Видите, я вам назвал по меньшей мере две причины — выбирайте любую.
Я молчал, сраженный его доводами.
Еще несколько минут, и вот мы уже подошли к пресловутому сарайчику, где оказались в сборе все наши знакомые. Обменявшись со всеми вежливыми приветствиями, Пуаро приступил к делу.
Я наблюдал за ним с острым интересом, невольно сравнивая его с мосье Жиро. Мой друг ограничился тем, что окинул все вокруг беглым взглядом. Его внимание привлекли только потрепанный пиджак и брюки, их он внимательно рассмотрел. Презрительная улыбка скривила губы Жиро, и, точно заметив ее, Пуаро кинул сверток на прежнее место.
— Тряпье садовника? — спросил он.
— Само собой, — бросил Жиро.
Потом Пуаро опустился на колени возле трупа. Не пропустив ни одной мелочи, он осмотрел одежду покойника, ощупал ткань костюма. Казалось, он был весьма доволен, что не обнаружил на одежде ни одной метки. Особенно тщательному осмотру подверглись сапоги и руки покойного с грязными обломанными ногтями. Затем он обратился к Жиро:
— Вы обратили внимание на руки?
— Конечно, — ответил тот с непроницаемым видом.
Внезапно Пуаро замер.
— Да? — отозвался доктор, подходя ближе.
— У покойника на губах пена. Вы заметили это?
— Однако сейчас вы ее видите?
Пуаро снова обратился к Жиро:
— Но вы-то наверняка заметили пену?
Жиро не удостоил его ответом.
Нож из раны был уже вынут. Он находился в стеклянной банке, стоявшей рядом. Пуаро осмотрел его, потом принялся разглядывать рану. Когда он поднял взгляд, я заметил, что глаза его блеснули столь хорошо мне знакомым зеленым огнем.
— Скажу, что это противоестественно.
Среди присутствующих поднялся было шум, но Пуаро взмахом руки утихомирил всех и снова обратился к Жиро:
— Надеюсь, мосье Жиро со мной согласен?
В лице Жиро не дрогнул ни один мускул, хотя неизвестно, какие мысли пронеслись в этот миг в его голове. Спокойно, даже несколько пренебрежительно он бросил:
И снова раздались удивленные возгласы.
— Однако какой же смысл! — воскликнул мосье Отэ. — Всадить нож в умершего! Какая дикость! Просто неслыханно! Тут, видимо, какая-то патологическая ненависть.
— Нет, — сказал Пуаро. — Полагаю, это сделано совершенно хладнокровно, просто чтобы сбить всех нас с толку.
— А так. Вас ведь и впрямь чуть не сбили с толку, — назидательно проговорил Пуаро.
— В таком случае как же убили этого человека? — спросил мосье Бекс.
— Его не убивали. Он умер. Умер в припадке эпилепсии, если я не ошибаюсь.
Заявление Пуаро вновь повергло всех в замешательство. Доктор Дюран опустился на колени и еще раз придирчиво осмотрел покойника.