— Что-нибудь еще? Может быть, неурядицы в семейной жизни? Несчастный брак? Или что-то в этом роде?
— Насколько я могу судить, их семейная жизнь протекала совершенно безоблачно — ни волнений, ни особых событий… Миссис Дэвенхейм произвела на меня приятное впечатление — приветливая, спокойная, неглупая женщина. Но в общем и целом — ничего особенного.
— Стало быть, разгадку его таинственного исчезновения следует искать не там, а здесь? Скажите, Джепп, были ли у него враги?
— Да как вам сказать? Недоброжелателей у него хватало, да и конкурентов тоже, но это касается его финансовой деятельности. Думаю, было немало и таких, которым он когда-то перешел дорогу и которые с радостью поставили бы свечку, если бы с ним стряслась беда. Но вот чтобы своими руками покончить с ним… нет, не думаю. А даже если и так, куда подевалось тело?
— Именно! Как верно подметил наш друг Гастингс, трупы имеют неприятную привычку появляться как раз в самый неподходящий момент, причем с почти фатальной неизбежностью.
— Да, кстати, Пуаро, один из садовников утверждает, что мельком заметил какую-то мужскую фигуру — незнакомец, дескать, сворачивал за угол виллы. Как ему показалось, тот направлялся в сторону розария. Между прочим, именно к розарию выходят французские окна в кабинете мистера Дэвенхейма, да и сам хозяин, как все говорят, предпочитал приходить и уходить именно этим путем. Правда, особо полагаться на парня не стоит — он копался на грядках, высаживал огурцы, так что даже не удосужился толком разглядеть — проходил кто-то из чужих или же сам хозяин. К тому же он не очень уверен, когда это было. Должно быть, незадолго до шести, поскольку обычно садовники заканчивают работу именно в это время.
— А когда вышел из дому мистер Дэвенхейм?
— Примерно в полшестого.
— Скажите, Джепп, а что располагается за розарием?
— А сарай для лодок там есть?
— Есть, разумеется. Хозяева держат там парочку плоскодонок… на всякий случай. Впрочем, понимаю, куда вы клоните, Пуаро. Предполагаете, что это самоубийство, да? Что ж, не стану скрывать от вас — Миллер как раз намерен завтра отправиться туда, чтобы прочесать драгой все озеро. Теперь вы и сами видите, что это за человек!
Понимающе улыбнувшись, Пуаро повернулся ко мне:
— Гастингс, друг мой, прошу вас, передайте мне «Дейли мегафон». Если память меня не подводит, там опубликована на редкость четкая фотография пропавшего.
Я встал и отыскал ему нужную газету. Пуаро какое-то время внимательно вглядывался в его черты.
— Хм, — пробормотал он наконец, — волосы довольно длинные, волнистые. Густые усы, остроконечная бородка, кустистые брови.