Цикл о Эркюле Пуаро раскрывает загадочные события в Стайлзе. В первом томе собраны истории, где Пуаро расследует запутанные дела, связанные с семейными тайнами и неожиданными поворотами судьбы. Следы прошлого ведут к загадкам, которые требуют внимания.
Раздел Chitat.online для книги «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
Похоже, «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как такое может случиться?
— Согласен, но тогда кто же?
— Вы не догадываетесь?
Я осторожно огляделся вокруг и понизил голос:
— Доктор Бауэрштейн!
— Да какой ему смысл в смерти моей матери?
— Мне это неизвестно, — признался я, — но, по-моему, Пуаро думает так же.
— Пуаро? В самом деле? Откуда вы знаете?
Я рассказал ему о сильном волнении Пуаро, когда он узнал, что Бауэрштейн был в Стайлз-Корт в ночь трагедии.
— Он дважды повторил: «Это меняет все!» — добавил я. — И тогда я задумался. Вы помните, Инглторп сказал, что оставил чашку с кофе в холле? Так вот, как раз в это время и появился Бауэрштейн. Разве не может быть, что доктор, проходя мимо, бросил что-то в чашку, когда Инглторп вел его через холл?
— Гм! — произнес Джон. — Это было бы очень рискованно.
— Да, но вполне возможно.
— И потом, — возразил Джон, — откуда он мог знать, что это ее кофе? Нет, старина, неубедительно.
Тут я еще кое-что вспомнил.
— Вы правы. Все было иначе.
И я рассказал ему о какао, которое Пуаро взял для анализа.
— Но послушайте! — перебил меня Джон. — Ведь Бауэрштейн уже делал такой анализ.
— Да-да! В том-то и дело! Я тоже до сих пор этого не понимал… Неужели вы не видите? Бауэрштейн сделал анализ. Это так! Но если он убийца, ничего не могло быть проще, как отослать для анализа обычное какао! И никому, кроме Пуаро, не пришло в голову подозревать Бауэрштейна или взять другую пробу!
— А как же горький вкус стрихнина, который какао не может скрыть?
— Ну, тут у нас есть только его слова. Однако нельзя забывать и другое. Он считается одним из лучших токсикологов…
— Одним словом, Бауэрштейн знает о ядах больше, чем кто бы то ни было, — объяснил я. — Так вот, может быть, он нашел какой-нибудь способ сделать стрихнин безвкусным? Или это был вообще не стрихнин, а какой-то неизвестный яд, о котором никто не слышал, но который вызывает почти такие же симптомы.
— Гм… да. Такое может быть, — признал Джон. — Но погодите! Как мог доктор оказаться возле какао? Ведь его не было внизу.
— Не было, — неохотно согласился я.
И тогда в моем мозгу мелькнула ужасная мысль. Я надеялся и молился, чтобы она не появилась также у Джона. Я искоса взглянул на него. Он недоуменно хмурился, и я вздохнул с облегчением. Дело в том, что мне пришло в голову, будто у доктора Бауэрштейна мог быть сообщник.
Нет! Такого не может быть! Такая красивая женщина, как Мэри Кавендиш, не может быть убийцей. Хотя и случалось, что красивые женщины были отравительницами.
