Максим! Чего ты тащишься как черепаха?
И улыбнуться бы мог! Я же улыбаюсь! Не только же мне эта находка на руку - сейчас доберёмся до моей сестры и поговорим. О Соньке, о ДНК тестах, об алиментах... Чёрт знает, о чём говорят родители, чьи дороги пересеклись однажды и лишь спустя пять лет, вновь сделали крюк по направлению друг другу.
Хочу поскорее выбраться из подъезда, а Некрасов зачем-то разворачивает меня лицом к себе. Подбородка касается, невольно смущая внезапной лаской, и, поиграв желваками, спрашивает, глядя в глаза:
- Ты её, вообще, слушала, Вась?
Странный какой-то...Словно могло быть иначе! Да я каждое её слово повторить могу!
- Вась, ты знаешь, что такое хоспис?
Господи, да чего пристал -то? Сбрасываю его пальцы с горящего лица и, недовольно фыркнув, подпираю кулачками талию.
- Ты издеваешься? Решил устроить мне экзамен? Лучше ключи доставай и садись за руль!
Хоспис... Знаю я, не маленькая! Разворачиваюсь на пятках, толкаю дверь... да так и замираю, не ступив на крыльцо. Господи, а ведь Некрасов прав...
Две недели назад я хотела её убить. Сегодня утром это желание возросло во мне с удвоенной силой. А вечером… А вечером я мнусь у двери, уставившись на железный номерок с цифрой восемь, пока мою сестру медленно убивает болезнь.
Солнце всё ещё льётся в окна, но свет этот в больничных стенах всё равно кажется мрачным. Зловещим, повисшим столбом в тяжёлом воздухе, дышать которым становится всё тяжелее. Тошнит меня, я запах лекарств на дух не переношу.
-Зайди уже! Я слышу, как ты сопишь за дверью!
Верка! И вправду Верка, я этот её насмешливый тон ни с кем не перепутаю. Передёргиваю плечами, занося руку над резной ручкой, и несмело толкаю её вперёд. Я впервые вижу такую палату…
-Ну здравствуй, Вася, - и сестру такой тоже вижу впервые. На голове короткий ёжик волос, под глазами тёмные круги, а на губах вишнёвая помада. Я на неё и пялюсь, пока женщина, лежащая на кровати, поправляет клетчатое одеяло.
-Переборщила, да? - сестра указывает пальцем на свои губы и не даёт рта раскрыть, тут же проходясь по ним влажной салфеткой. - Меня Оксана предупредила. Я хотела навести марафет, но твой муж чертовски быстро водит.
Да уж, этого у него не отнять. Да и как не торопиться, если я постоянно жужжала ему на ухо, чтобы он ускорился?
-Сядешь? Я бы и сама встала, но с этой штуковиной не очень-то удобно передвигаться.
Что делать? Послушно опускаюсь на кровать, едва не плюхнувшись на её ногу, и всё пытаюсь придумать с чего же начать разговор. У меня был план, но судьба и тут меня переиграла.