Ну, окажись она шарлатанкой, разве женщины пёрлись бы сюда с разных уголков страны?
- Да? С чего бы это? - и если мне всё понятно, то сестра теперь прожигает меня глазами. И хмурится, недобро так... Словно почуяла неладное. Ещё бы! Я же накануне ей все уши прожужжала, рекламируя эту крохотную деревеньку: мол, и природа красивая, и Сонька не прочь ещё разок к Алёнке заглянуть. Так чего бы не заехать, не порадовать ребенка? Когда ещё сможем куда-то выбраться?
- Так известно с чего - Антоновна местная знаменитость. То ли ведьма, то ли знахарка... В прошлом году мать мою на ноги поставила. У неё спину прихватило, так баб Галя за вечер все хвори руками сняла.
- Прямо-таки руками? - плюю на то, что в глазах сёстры только что зажёгся огонёк понимания, а значит от объяснений не отвертеться, и подаюсь вперёд, устраивая руки на спинках пассажирских сидений. А участковый уже кивает как болванчик.
- Ну, не без молитв... Но встала моя матушка утром абсолютно здоровая. Так что и вам поможет. От неё все довольными уезжают. Ну, девоньки, домчались.
И слава богу. А то Верка долго держаться не сможет. Стоит только остановиться у знакомого синего дома, вылезти из машины, не забыв поблагодарить слугу закона за помощь, как её цепкие пальцы уже сжимают моё плечо. Даже дочки не стесняется!
- Целительница, значит?! А напели мне тут про козлов да природу! И что? Будем теперь ритуальные костры жечь? Может и хваленого Борьку в жертву принесём? Глядишь, он смерти придётся больше по вкусу, чем я?
Ну, а вы сомневались? Я с самого начала знала - ей моя затея не понравится. Хорошо хоть воспитали нас нормально и на людях таскать меня за волосы сестрица не решится.
Машу Соне на ворота, чтоб не грела тут уши, забивая головку взрослыми проблемами, и, стойко выдержав тут же посыпавшуюся на меня брань, вношу ясность:
- Понадобится, всю живность здесь перережем. А ты слушаться будешь!
- Да что ты? Мне уже не три, Вася, и командовать мной ты право потеряла!
- Интересно когда? - и сама завожусь, зло пихая указательным пальцем Верку в плечо, отчего та удивлённо разевает рот, и делаю шаг вперёд, чтобы быть ещё ближе. - Когда ты умотала в Столицу, потому что залетела от моего мужа? Или позже, когда ты заболела, но не посчитала нужным поставить меня в известность? Ах, нет! Наверное, в тот день, когда ты свинтила, оставив у меня на пороге своего ребёнка! Точно! Ты же самостоятельная: рожаешь для себя, с болезнью предпочитаешь разбираться один на один, и помереть хочешь в одиночестве. Только теперь не получится, Вера! Заруби это себе на носу!
Тяжело дышу, красная как рак, которого вот-вот вытащат из кастрюли, и несколько раз моргнув, понимаю - замолкла. Вера замолкла, а это хороший знак.
- Давай шуруй.