А то как больной - по горло в воде, а всё по кустам взглядом скольжу - вернулась уже или до сих пор со своим псом по лесным дебрям бродит? Ногами своими стройными светит и, не дай бог, местных комбайнеров ими сводит с ума…
Всё, выходить нужно. Тем более что и её сестрица нарисовалась и теперь, закутавшись в огромное полотенце, отстукивает зубами, сторожа наши пожитки. Ну вот, ей же ума хватило купаться в шортах! И почему Вася с неё пример не берёт?
- Устала, жуть! Сонька как? Не проснулась ещё?
- Нет, - головой качаю, выходя на пляж в одних боксерах, и вместо того, чтобы стесняться и поскорее штаны натянуть, всё поглядываю на тропинку. Уснула жена там, что ли?
- Ваську сторожишь? - да и Вере до моего белья дела нет. Она садится на песок и насмешливо бровь изгибает:
-Не бойся, мужиков поблизости нет. Мы здесь уже минут сорок, а ни одного купальщика не встретили. Похоже, это место пользуется спросом только у приезжих да у отбившейся от стада скотины.
Успокоила. Хмыкаю, следуя её примеру, и теперь спешно вытирая капли стареньким вафельным полотенцем, что по доброте душевной, выделила мне Галина Антоновна, и между делом указываю пальцем на термос.
- Старушка дала? Господи, надеюсь, ничего кроме заварки в этом чае не плавает. А то ещё пищевого расстройства мне не хватало. Будешь?
Я и сам хмурюсь, с подозрением поглядывая на термос, но когда женщина протягивает мне стаканчик, осушаю его одним махом. Вроде нормальный. Чай как чай.
- Слушай, раз уж мы одни и Васи нигде не видно… можно я тебя вопрос задам? Почему ты её вернуть не пытаешься? - разве что от Веркиного вопроса он у меня не в то горло идёт. Я кашляю, а Васина сестра, как и подобает родне, со всей дури бьёт меня между лопаток. - Ведь любишь её. Да и она... Вот смотрю, как ты вокруг неё круги нарезаешь, и только одного понять не могу - год прошёл, а вы и не поговорили нормально.
Вот вам и искупался. Застываю с переброшенной через плечо футболкой, и свою собеседницу рассматриваю. Что сказать? За пять лет это, наверное, наш с Верой второй разговор. И то, первый состоялся на прошлой неделе. А она уже в душу лезет...
- Да, ладно тебе. Можешь быть откровенным. Я твою тайну унесу с собой в могилу, - она наполняет крышку от термоса очередной порцией травяного пойла и весело усмехается. А мне не по себе - всё-таки, в её случае, это не шутка. - Сдрейфил, так и скажи. Вы же мужики такие: изменять не боитесь, а как прощения вымаливать, так вам духа не хватает.
Вот те на.