Полицейские усиленно пытались заставить меня сказать, что я так говорю только потому, что меня подучил мистер Гудвин, а я отрицала и отрицаю это. Мы с ним беседовали, правда, но вовсе о другом. Не так ли, мистер Гудвин? — обернулась она ко мне.
Мне хотелось подскочить к ней, обнять и расцеловать, а затем пристрелить Кремера и нескольких помощников окружного прокурора. Кремер не только не нашел нужным упомянуть, что мои показания подтверждались другими свидетелями, но даже заявил, что если бы не я, самоубийство было бы вполне приемлемым объяснением. Проклятый лжец! Пристрелив его, я должен был потом через суд предъявить ему гражданский иск об уплате мне компенсации за причиненный ущерб.
— Конечно, так! — отозвался я. — Надеюсь, вы не осудите меня, если я расскажу здесь о нашей беседе за ужином? Вы сказали, что вам только девятнадцать лет и вы пока еще не всегда знаете, как следует воспринимать те или иные факты, но уже научились наблюдать, можете занять ту или иную позицию и придерживаться ее. — Я повернулся к Вульфу. — Думаю, будет вовсе не вредно сказать ей, что это неплохо.
— Конечно, — подтвердил он. — Более того, мисс Варр, это вполне удовлетворительно. — Если бы она только могла знать, что подобная оценка Вульфа представляла собою нечто совершенно исключительное. Например, мне он выставлял отметку «удовлетворительно» только в тех случаях, когда мои действия представляли собою шедевр. Вульф повел глазами. — Мисс Ярмис?
Элен Ярмис все еще держалась с достоинством. Уголки ее полных губ были опущены вниз, очевидно, навсегда. Вид у нее был довольно беспомощный.
— Все, что я могу сделать, — мертвым голосом произнесла она, — это сообщить свое мнение. По-моему, Фэйт покончила с собой. Я сказала ей, что нелепо брать яд на прием, где, как предполагалось, мы должны были веселиться, но тем не менее яд оказался у нее в сумочке. Зачем же она взяла его с собой, если не намеревалась им воспользоваться?
— Когда, — спросил Вульф, — вы посоветовали ей не брать с собой яд?
— Когда мы одевались. Мы жили в одной квартире. Вообще-то говоря, это лишь спальня и маленькая кухня с ванной, но все же отдельная квартира.
— Сколько времени вы жили вместе?
— Семь месяцев, с августа. После того, что мне пришлось пережить за последние два дня, я готова сказать вам все, что вы найдете нужным спросить. Миссис Роббинс привезла ее из «Приюта» и устроила нас жить вместе. Гардероб у нее был небольшой и…
— Мисс Ярмис, прошу вас. Время наше ограничено.
