Автор
Митко летел самолетом по длинным ночам из Стамбула к Софию, каждый раз наслаждаясь скоростью и удобствами перелетов. Новый путь: автобус из столицы через мертвые хребты в северной Греции вместо тесного грузового самолета, который угрожал задержаться в пробках на границе. Каждое путешествие — это новый отрывок истории, и этот был знаком, ставящим начало новому приключению....
Но мама хотела сидеть у прохода ближе к отцу. Пришлось аккуратно помещаться в среднем кресле, стараясь не задеть соседа.
Тот явно устал. Прикрыл глаза. Было интересно, какая музыка у него в наушниках. Ася успела разглядеть длинные тёмные ресницы, крупный нос, волевой подбородок и будто нарисованные губы. А ещё широкую золотую цепочку, убегающую под светлый джемпер, крепкую фигуру и длинные ноги. У неё было достаточно времени. Парень, кажется, спал.
Когда развозили напитки, ей очень хотелось кофе. Но почему-то подумалось, что он может быть невкусным.
Сравнивать парня из соседнего кресла с Асиным школьным кавалером Пашей Еремеевым не хотелось. Выходило совсем не в пользу последнего. Хотя, если разбирать детально, совсем не ясно, почему.
Еремеев блондин. Это само по себе не недостаток. Но он какой-то бледный блондин. Будто акварельный. Теперь Асин внутренний голос пытался как-то защитить Пашу. Оправдать, почему Ася позволяет ему за собой ухаживать. Итак, Еремеев... Он в очках. Тоже не недостаток. И этот болгарин тоже может плохо видеть. Но... И тут память подкинула картинку Пашиных ладоней. Руки. Тут блондин, наконец, проиграл. Без вариантов.
Девушка отхлебнула чай.- Ася, будешь шоколадку? - её запасливая мама выудила из своей безразмерной сумки несколько маленьких ""Аленок"".
Рука снова потянулась мимо Аси. Она залипла. Потому что глаза у парня оказались неожиданно совсем не чёрными. И даже не карими. А ровно такими же, как у неё. Ярко-серыми. Только ресницы вокруг тёмные и брови широкие. Да ещё проблеск меди в коротко стриженых волосах. Или показалось.
Сосед смотрел прямо на неё, не мигая. Кажется, что долго. На самом деле понятно, что долю секунды, будто сканируя.
"Когда самолёт пошёл на снижение, Асе стало совсем тяжко. Уши заложило. Она не услышала, что он ей сказал. Увидела протянутую коробочку с леденцами. Сил хватило только кивнуть. Боль нарастала. Сосед что-то говорил ей, судя по выражению лица, успокаивающее.
