Название книги "Вставай, иди и умирай" — это черная мелодия из песни о войне. В этой книге страшной фантастией становится реальность, где обычные события могут спровоцировать крайние меры. Пролог: "Там, на дороге мины", — эти слова становятся отправной точкой для беспримерного приключения, где герои оказываются в безвыходном положении между жизнью и смертью.
— Сука!
«Ну хоть не кислота какая», — мелькнула радостная мысль."
"Он отбил попытку водителя довести дело до конца залив лицо пассажира-жертвы раствором едкой дряни, так чтобы вообще ничего не видел и дышал через раз, а потом взяв руку на излом отобрал емкость.
Водитель, вырвавшись из захвата выскочил из машины и стал орать, зовя на помощь.
— Помогите! Он напал на меня!
Из «жигулей», что стояла позади «волги» вышло два крепких парня в руках одного из них виднелась монтировка, а руки второго пока были вне зоны видимости. Все это зафиксировал левым глазом Киборгин, так же поспешно выбравшись из салона.
— Сосиски сраные…
Одно хорошо, двигатель «волги» работал, из-за сорвавшегося плана действий водитель забыл заглушить мотор и вытащить ключи, так что Анатолий, резво запрыгнув на водительское место, резко стартовал, как раз загорелся зеленый сигнал светофора.
Парни из «жигуля» сначала стремительно рванулись к нему, а потом метнулись обратно в свою машину и пустились в погоню.
— Вот же попал… — бурчал Киборгин ожесточенно крутя рулем.
Глаз нестерпимо жгло и слезился, но промыть пока было нечем, разве что слюны добавить, что он и сделал, плюнув на указательный палец левой руки. Левый глаз тоже щипало и так же закрывала мутная пелена слезы, но ее удавалось смахнуть.
— Только бы не сбить кого-нибудь…
С главной дороги он зарулил на второстепенную, а потом и вовсе сунулся во дворы, а тут по вечернему времени, да еще летние каникулы у детей, так что их на улицах полным-полно, того и гляди кто-нибудь под колеса попадет.
Гонять по дворам незнакомого города весьма спорное и опасное решение еще и в том плане, что можно легко оказаться в каком-нибудь тупике, но попадаться милиции он не собирался, а на главной дороге подцепить ментовскую погоню в дополнение к бандитской (точнее сменить одну на другую) раз плюнуть, так что вопрос с криминалом следовало решить, что называется кулуарно, потому как для него еще неизвестно кто опаснее: бандиты или менты, все ж таки в чемодане у него фактически расстрельная статья.
«Что же они в меня так вцепились? — удивлялся Киборгин. — За кого приняли, что пошли на такой жесткий вариант?»
Мелькнула даже мысль, что это Громов на него навел бандитов, как-то узнав о истинной сумме, что он вез, но как мелькнула, так и пропала. Слишком закручено, это ведь надо иметь подвязки в криминальной среде кои вряд ли у него есть, да еще в Горьком. Бандиты опять же долю себе немалую затребуют. В общем ерунда.
Погоня не отставала.
