Название книги "Вставай, иди и умирай" — это черная мелодия из песни о войне. В этой книге страшной фантастией становится реальность, где обычные события могут спровоцировать крайние меры. Пролог: "Там, на дороге мины", — эти слова становятся отправной точкой для беспримерного приключения, где герои оказываются в безвыходном положении между жизнью и смертью....
Боеприпасы впрочем имелись в довольно значительных количествах, штабеля ящиков с минометными минами, гранатами, выстрелами к РПГ, патронами, взрывчаткой, еще чем-то. Хватало разного стрелкового оружия.
— Американские и английские сухпайки…
Коробками с сухпайками было занято половина подвала.
— Ну надо же… только подумал о том, что неплохо его заполучить себе, и вот он…
В углу обнаружился немецкий миноискатель. Хорошая штука.
— Сержант, прихвати его. Пригодится.
— Есть!
— Но где казна⁈
Покрутившись, Анатолий заглянул под лестницу и вот там обнаружил висящие на крючьях три зеленых туристических рюкзака, каждый объемом литров на пятнадцать-двадцать.
"Киборгин аккуратно снял и вскрыл один из рюкзаков подсвечивая себе фонариком, но там все было чисто, как и остальные оказались без подлянок в виде гранаты, что могла рвануть при резком дергании замка молнии.
Всего обнаружилось три рюкзака с деньгами. Один тощенький, заполненный едва на треть, в нем лежали доллары США различных номиналов, а два заполненных больше чем наполовину, в одном афгани, а в другом иранские и пакистанские банкноты.
— Уходим.
— Сколько там? — поинтересовался сержант Клин.
— На десять лет расстрела. Но тебе хватит на кооперативную квартиру…
— Да я…
— Я тебе ее обещаю, но языком не трепи даже среди своих. Ты меня знаешь, свои обещания я выполняю, но и жесткое наказание за мной не заржавеет. И сам должен понимать, деньги эти я не себе оставлю, они на дело пойдут, когда наша страна окончательно сорвется в пропасть…
Сержант кивнул.
— Я с вами, командир.
Анатолий же стал набивать сверху рюкзаки всякой всячиной, чтобы прикрыть деньги: гранаты, взрывчатка, сухпайки.
— Рвануть бы это все… — с оттенком мечтательности произнес сержант Клин.
Тут под руку Анатолия попалась бухта огнепроводного шнура и коробочка с запалами.
— На… организуй, — кинул он сержанту.
— А сколько отрезать?
— Ставь на всю бухту.
— Ага!
Сержант сноровисто организовал минирование.
Застучал пулемет и защелкала снайперская винтовка.
— Уходим!
Клин кивнул, зажег шнур, закрыл ящик с тротилом и сверху обрушил ящики с патронами и гранатами.
Что до звуков боя наверху, то похоже, что Туран Исмаил, увидев атаку вертолетов на свой штаб, прервал переговоры, а может они к этому времени закончились и он со всех ног поспешил назад, как результат первые выскочившие на открытое пространство попали под огонь пулеметчика. Противник явно не ожидал, что штаб не просто обстреляли, но и захватили.
