Внутренне усмехнувшись, Батоныч спокойно ответил:
– Ну, с немецкими – это вы, пожалуй, перегнули, Жозеф Яковлевич. Я на них не воевал. Я их жег. Неоднократно и в больших количествах. И легкие танки, и средние, и самоходные установки до кучи. Не считая всякой мелкой шушеры наподобие их полугусеничных бронетранспортеров. И первоначальное впечатление от этого у меня было только одно: броня у них неплохая, зато горят прекрасно! Так жарко, что и не потушить. Но вот когда я потом сел в трофейную машину… – Бат сделал очередную «театральную» паузу. – Впечатление сильно изменилось. Там гораздо удобней, чем в наших танках, даже в новейших «Т-34» и «КВ», много свободного места, не бьешься головой, коленями и локтями о всякие выступы. И обзорность прекрасная с командирского места, и оптика на прицеле наводчика – выше всяких похвал. Хорошо работает аппаратура связи, очень мягкая подвеска. Механику-водителю не нужно переключать передачи двумя руками.
Танкостроители синхронно выдохнули – до сих пор никто при них не ругал отечественную технику и не хвалил вражескую.
– Напряглись, да? – усмехнулся полковник. – Кто вам еще правду в глаза скажет? – и, легонько похлопав кончиками пальцев по нагрудному карману, где лежали документы, добавил: – Как личный представитель товарища Сталина, я просто обязан досконально разбираться во всех технических нюансах всех бронемашин. И наших, и немецких! И сделать так, чтобы у нас было не хуже, чем у врага! Вы даже представить себе не можете, какие нечеловеческие усилия прилагают наши танкисты, чтобы жечь фашистских гадов на той технике, которой их снабдили наши инженеры и конструкторы. Это настоящие герои! Я имею в виду танкистов, а не конструкторов… В бою и так тяжело, а если еще и техника подводит… Эх, да что там говорить!
Владимир Петрович махнул рукой и сжал зубы, чтобы не выматериться в голос. Зальцман и Котин сидели, стараясь не дышать.
– Ладно, вернемся к основному вопросу, товарищи, – пересилив вспышку гнева, продолжил разговор Бат. – Перед посещением вашего предприятия я был и на ГАЗе, и у товарища Грабина, и на Ижорском заводе. И там мы с товарищами очень быстро нашли общий язык. Надеюсь, и с вами получится не хуже.
