Встречный бой штрафников завораживает огнем взрывов и криками, когда под открытым небом противники готовы встретиться на последний раз. Внутри каждого солдата ожидание выстрела - это мгновение, когда каждое слово становится решающим, а каждый удар - последним.
Они бродили по лесам и не знали, что позади них никого нет, что никакого Резервного фронта уже не существует, что в окружении в вяземских лесах сейчас так же, как и они, бродят семь армейских полевых управлений и что генерал Малышкин, начальник штаба 19-й армии, переодетый в форму рядового бойца, захвачен в плен немецким патрулем. 19-я должна была организовать и возглавить прорыв, но была, как и все другие, разбита, разметана, рассеяна по лесам после неудачной попытки пробиться через немецкие порядки северо-западнее Вязьмы под Богородицком Орлянкой.
Лучше бы они обошли стороной и эту деревню. Но уже не оставалось сил. Мучил голод. Вдобавок почти все были простужены.
Ивана вдруг охватил страх. В диске его пулемета патронов оставалось всего на две-три очереди. Гранат уже не было ни у кого. В подсумках у товарищей по одной обойме.
И тут из деревни выскочили мотоциклы. Они быстро миновали подъем и веером рассыпались по полю, поднимая колесами неглубокий снег.
– Огонь! – скомандовал взводный.
Иван прицелился в самый ближний мотоцикл.
