Вторая Мировая война между Реальностями — читать онлайн бесплатно полностью

Для современного читателя, знающего о решающей роли авианосцев в войне на море, слышавшего о Перл-Харборе, Филиппинах и Окинаве, в этом нет ничего удивительного. Но, во-первых, Таранто находилось под прикрытием почти всей итальянской базовой авиации. Во-вторых, самолеты, базирующиеся на «Илластриесе», обладали выдающимися летными качествами… по критериям Первой мировой войны.

Нужно было быть гением или сумасшедшим, чтобы с такой палубной авиацией атаковать укрепленную базу противника.

11 ноября 1940 года с палубы авианосца «Илластриес» были подняты торпедоносцы, всего 21 самолет.

Они нанесли удар по итальянским кораблям в Таранто и ценой всего двух самолетов вывели из строя три линкора противника. Хотя даже после этого у итальянцев оставался известный перевес в силах, вопрос о господстве на море был решен раз и навсегда.

Удар по Таранто имел меньший резонанс, чем Трафальгар, но последствия этих морских операций соизмеримы. После 11 сентября лишь германская авиация могла создавать Э.

Каннингему известные трудности, но уж никак не итальянский флот.

Тяжелое поражение на море немедленно отозвалось на суше. 22 ноября греки перешли в контрнаступление в Албании, смяли сопротивление итальянцев и захватили огромное количество военного имущества. 8 декабря Уэйвелл атаковал промежуток между итальянскими укрепленными лагерями в пустыне, прорвал оборону и на следующее утро взял ударом с тыла лагерь «Нибейва». В тот же день были взяты лагеря «Туммар Вест» и «Туммар Ист», а итальянским войскам были отрезаны пути отхода.

Уже 11 декабря число итальянских пленных достигло 40 тысяч человек при 400 орудиях. 6 января пала Бардия (45 тысяч человек, 462 орудия, 129 танков), 22 января – Тобрук (еще 20 тысяч пленных).

Может показаться удивительным, но германское командование взирало на полный провал средиземноморской стратегии своего союзника с олимпийским спокойствием. Еще ранней осенью руководство ОКХ отказалось от попыток овладения Египтом в пользу совершенно другой операции.

Как ни странно, высшее командование сухопутных сил (и сам Гитлер) рассматривали агрессию против СССР не как самостоятельную кампанию, но как эпизод в борьбе с Англией. Соответственно, ни о какой борьбе не на жизнь, а на смерть поначалу речь не шла.

Здесь имеет смысл заострить внимание на одной любопытной аберрации восприятия, которая часто возникала (и по сей день возникает) у лидеров Запада, когда им приходится иметь дело с Россией.