Нарушив этот закон, она должна понести наказание! — шипел наг, сидящий в Совете.
— Вы действительно нарушили такой закон в отношения членов королевской семьи? — на удивление, этот вопрос был обращен ко мне, будто для уточнения, но вопрошающий смотрел на меня со скучающим лицом.
— Данный закон делегаций нарушен не был, так как я вышла посмотреть повреждения корабля, а не на встречу с членами королевской семьи. Да и знать то, что там делегация нагов, я не могла, на корабле же не написано. Поэтому, когда я осматривала и фиксировала повреждения, первым, кто подошел, был генерал Шарахаш Шарат Тахнашар, и только потом все остальные. И разговор с ними никто не заводил, это была инициатива с их стороны, да и подтверждающая запись всего этого тоже есть, — после моих слов снова появилась запись, с голограммами и звуком нашего разговора, с тем, кто, когда вышел. И вот тут самое интересное, что видео не закончилось на том месте, где конфликт поутих и прибыли Сал с Мики. Транслировался даже тот момент, когда выбрасывают на верную смерть малыша гуруна. Ох, что тут началось! Все начали одновременно разговаривать, эльф вообще своим «как вы посмели⁈» чуть не оглушил всех. Весь этот балаган, быстро структурировал титан. Не зря он Глава Совета. Кулаком стукнул, подлокотник треснул, все замолчали. Красота!
— Вы можете объяснить то, что мы видели сейчас? — очень спокойно, но с интересом обратился ко мне Глава Совета.
— Если Вы уточните, что конкретно мне объяснить и с какого момента? То, конечно, а то все одновременно заговорили, мне не понятно, что именно Вас привело к такой реакции, — решила я, пусть задают вопросы, а я буду отвечать. Ведь могу увлечься объяснениями и случайно брякну лишнего, потом выкручиваться придётся.
— Хорошо. Вы забрали редкое существо гуруна, так как его не смогли бы вылечить эльфы? — задал очень двусмыленный вопрос, да и не с одним дном, которым может потом накрыть.
— Нет, совершенно по другим причинам. Первое, гуруна оставили умирать, так как посчитали, что не смогут договориться о его лечении за столь короткое время, которое было у малыша. После того, как его оставили и полностью отказались, сняв метку раба, я уточнила законность моего вмешательства и только после этого взяла его на лечение! — видимо, я правильно сделала, что стала все рассказывать вновь подробно и по пунктам, пересказывая кратко то, что они увидели на записи. Так как все члены Совета слушали с огромным неверием в происходящее.
Отвечая на вопросы, я не заметила, как со стороны возникли новые действующие лица, и явно не простые. Их появление стало для меня заметно, когда все встали, включая членов Совета, тогда и мне стало интересно, кто же там идет за моей спиной. А пришел, как и обещал, Юрафа, но не один.