Интернационалисты мы или нет? Та, другая, история показала, что, создавая новую историческую общность, советский народ нельзя ограничиваться полумерами, а необходимо идти до конца. Задача, конечно, тяжелая и грандиозная, но – глаза боятся, а руки делают, ибо нет на свете таких крепостей, которые не покорились бы большевикам…
Бросив беглый взгляд из-под бровей на вошедших американцев, Вождь увидел, что за месяц, прошедший с их последней встречи, Гопкинс постарел будто разом на сто лет. Плечи опустились, спина ссутулилась, взгляд потух; прежде бодрый и неугомонный человек напоминал сейчас полуспущенный футбольный мяч. Элеонора Рузвельт выглядела, конечно, получше своего напарника, но было видно, что это путешествие для нее тоже даром не прошло. Тяжело, неверное, им было увидеть, во что за семьдесят лет превратилась их Америка, а увидев, понять, почему русские из будущего относятся к американцам с почти нескрываемой враждебностью, а советское руководство – с явной настороженностью и опасением. А ну как и в этом мире все пойдет по накатанной колее – и после победы над гитлеровским фашизмом и японским милитаризмом сегодняшний союзник превратится в жестокого врага, грозящего первому в мире государству рабочих и крестьян атомным уничтожением?
Вспомнив о том, как совсем недавно он сам, ужасаясь, заглядывал в сии бездны и решал, что необходимо сделать для исправления ситуации, Вождь понимающе кивнул своим мыслям. Как и в тот раз, после нападения Японии на Перл-Харбор, Соединенные Штаты отчаянно нуждались в открытии второго фронта в Манчжурии. Война на Тихом океане катила своим чередом, ни на йоту не отступая от накатанной колеи. К настоящему моменту, как и в другой реальности, американские войска на Филиппинах были заперты на полуострове Батаан, англичане потеряли Бруней с его залежами нефти и почти всю Малайю, удерживаясь только на самом юге полуострова. А одиннадцатого января японцы объявили войну Голландии и вторглись в Голландскую Ост-Индию.
Пока никакое знание о планах японцев ничем не помогало союзному командованию – по той причине, что японцы к войне готовы были, а англичане, американцы и голландцы нет. А вот у советского руководства, помимо прежнего аргумента о том, что оно сначала разделается с Гитлером, а только потом возьмется за Японию, было скромное пожелание получить гарантии того, что после окончания войны Соединенные штаты не будут враждебны Советскому Союзу, а уж тем более не станут грозить ему атомным уничтожением.
