Он тоже заметил меня, подошёл и странно улыбнувшись, словно бы у него зуб болел, кивнул головой, но после с широкой белозубой улыбкой спросил:
— Какими судьбами, Фаина Андреевна?
Но я не стала отвечать на этот вопрос. Вместо этого, с лёгким удивлением произнесла:
— Ротмистр, а вы всё ещё в командировке?
— Фаина Андреевна, да, знаете ли, много поручений, — весьма туманно ответил Диваев.
— Успехов вам, —пожелала я ротмистру, испугавшись, что он начёт свои ухаживания, и оглядываясь на Алексея.
Тот со странным выражением лица смотрел на ротмистра. Смотрел так, словно пытался что-то вспомнить, и не мог.
— Фаина Андреевна, — произнёс Порываев, — я вас буду здесь ждать.
— Да, конечно, Алексей Сергеевич, — кивнула я, потом снова коротко кивнула ротмистру Диваеву и вошла в подъезд, номер которого был указан в записке, полученной мною сегодня утром.
Зайдя в подъезд, я поднялась на второй этаж и остановилась перед дверью, на которой было написано:
« Нотариус Носов И. В.»
Постучалась.
— Входите! — донеслось из-за двери.
Я вошла и с удивлением увидела, что за дверью находился совсем небольшой кабинет, без всякого коридора. Обстановка была скудная, был только большой стол да пара стульев. За столом сидели двое.
Нотариус на меня впечатления не произвёл, маленький человек в потёртом сюртуке. Секретарь, судя по всему, был его родственником, уж очень они были похожи. Он тоже был небольшого роста, чернявый, и мне показалось, что донашивает сюртук за кем-то, потому как тот сидел на нём мешковато и совсем не выглядел новым.
— Фаина Андреевна Стрешнева, — представилась я, — мне назначено на десять утра.
Нотариус поправил пенсне, пожалуй, единственный дорогой аксессуар его внешности, потому что оно сияло золотой оправой.
«Хотя ему больше пошло бы железное, с треснутыми стёклами,» — зло подумала я. Может быть, я была несправедлива, потому как просто считала, что он знает, кто я, зачем я пришла, и в курсе всей этой чёрной «риэлторской» схемы с похищением.
— Фаина Андреевна, проходите, садитесь. Вот документы, их сегодня утром как раз доставили. Смотрите, вскрываю при вас, — неожиданно зычным голосом, совершенно не соответствующим его внешности, произнёс нотариус.
Перед нотариусом действительно лежал пухлый конверт, запечатанный сургучной печатью, которую он вскрыл, как только я присела за стол. Он вытащил документы из конверта, начал их изучать, а затем удивлённо посмотрел на меня:
— Фаина Андреевна, вы уверены в том, что хотите это сделать? — спросил нотариус.
И в этот момент я начала сомневаться, что он входит в банду похитителей.
— А можно я посмотрю, что там написано? — сказала я осторожно.
Глаза нотариуса попытались стать квадратными от изумления.
— Прошу вас, — сказал он, протягивая мне бумаги.