В книге "Вторая молодость Фаины" читатель окунется в драматическую жизнь женщины, которая переживала несметные трудности, начиная с учебы в школе и заканчивая борьбой за участок земли. Несмотря на множество испытаний, Фаина смогла сохранить семью и поддержать своих близких. Теперь она может расслабиться и отдохнуть в полной безопасности, окруженная любовью и теплом семьи....
— Ещё в самый первый раз, когда я только увидел вашу дочь, Анна Игнатьевна, — продолжил вещать этот лицемер, я понял, что готов сделать всё, чтобы она тоже обратила на меня внимание.
А я сидела и вспоминала, при каких обстоятельствах мы встретились в первый раз: у меня тогда документы украли, и я бежала за грабителем, свернула в подворотню, где, похоже, находились либо игорные, либо весёлые дома. Там я их и встретила с ротмистром Диваевым. Ну да ладно, посмотрим, что дальше будет.
В общем, всё было по классике.
Но руку я ему не подавала, смотрела в глаза, пытаясь передать мысль: архив-то где?
Орлов понял, встал и произнёс:
— Фаина Андреевна, в честь нашей помолвки у меня для вас есть небольшой подарок.
Он вытащил из кармана тонкий, завёрнутый в бумагу и перевязанный бечёвкой конверт.
— Я надеюсь, вам понравится.
Если он думал, что я отложу развязывание этого конверта на потом, после того как дам ему согласие, то он очень во мне ошибался.
Если расписки были заверены подписями обеих сторон, имён я пока не смотрела, то приказы-распоряжения были полностью написаны рукой, судя по всему, Диваева. Будет ли это являться доказательством, неизвестно. Но, возможно, среди этих бумаг есть какая-то, которая однозначно окажется полезной, иначе цена за этот архив будет непомерно высока.
Итак, Орлов свою часть сделки выполнил. Теперь моя очередь. Я встала.
— Ну что же, Пётр Васильевич, предложение ваше весьма заманчивое и привлекательное… Давайте попробуем, — выпалила я.
Анна Игнатьевна тут же вскочила, чуть ли в ладоши не захлопала.
— Ах, дети мои, как я за вас рада! Это же такое счастье!
Все остальные находились в странном оцепенении.
Когда все ушли, я вышла на веранду. Была ночь. От луны была ровно половина, но света хватало, чтобы увидеть очертания построек, появившихся с момента моего здесь появления. Но я не хотела ничего сейчас видеть. Я вспоминала, как мы здесь сидели с Алексеем, каждый вечер это было своего рода ритуалом.
