Автор
Во мне резко замирает сердце при этих словах Стаса, он требует от меня чего-то несущего разлада в нашем мире. Я чувствую себя неправой, но моё желание свободы становится всё явственнее и острее — зачем я должна терпеть его дiktат? Этот рассказ оставляет нас предвкушать тем, что ждет главную героиню дальше в её поисках индивидуальности....
— Коллекционные, чрезвычайно редкие экземпляры автомобилей прошлого столетия. Такие, которых больше ни у кого нет.
— Господи… Он отдал свой Феррари, — от эмоций на глаза навернулись слёзы. Я, как никто другой, знаю, до какой степени Аристарх гордился и дорожил остатками от этой машины!
— Он знал, у кого просит помощи. Он знал, на что идёт. И знал ради чего.
Да уж. Знал. Ради женщины, которая, как он считает, была не до конца с ним честна. Ради ребёнка, которого он даже не считает своим… На сердце образовался тугой ком.
Неужели он так ко мне относится? Я ни разу не слышала от него слишком громких слов и обещаний. Но по сравнению с тем, что я сейчас узнала, ещё более громким заявление уже быть просто не может. Ну зачем Миша на всё это пошёл?!
— Так что, Саша? Ты более не поддерживаешь поползновения Михаила Терентьева?
— Уже давно не поддерживаю, — и замки уже давно сменила.
— Вот и славно. Я не привык лезть в чужую жизнь. Но Аристарх сын Иры. И я не буду молчать. А Мишка не настолько плохой мужик, чтобы я желал ему зла.
Это какие такие у Миши горести, интересно? Насколько я помню, он всегда жил на полную катушку, именно так, как того хотел сам!
— А вы уверены, что мы про одного и того же Мишу говорим?
Мелехин вновь загадочно улыбнулся.
— Абсолютно. Ты вытянула его за уши и, можно сказать, спасла его семью от развала, а его — от чёрной ненависти ко всем женщинам мира, если так можно выразиться, и от разочарования в собственной семье.
На это мне даже ответить нечего. Здесь я уже действительно не понимаю, о чём он говорит.
— Судя по твоему ошарашенному взгляду, знаешь ты о Мишке не так уж и много.
— Судя по вашей информированности, вы с Михаилом всё же несколько больше, чем просто знакомые одного круга.
— Всякое может быть, — лаконичный ответ, но теперь мне этого не достаточно.
— Вы так хорошо знаете этого человека?
— Да.
"— Валентин Германович. Вы ждёте, что я попрошу рассказать подробнее?
— Нет, Саша. Я этого не жду. Но вижу, что тебя мои слова шокировали, поэтому могу пояснить. Чтобы ты не слишком винила его в решительных мерах.
