Я чувствовала что принуждаю его к близости против его воли. Мои руки безвольно опустились на его грудь, я поняла, что не могу заставить себя продолжать. Комок подступил к горлу, а грудь сдавило, словно стальными обручами, от бессилия, злости на себя, и мысли о том, что мне нужно было сделать.
Не выдержав, я отвернулась, пытаясь сдержать подступающие слёзы.
— Айви? — тихо спросил Макс, повернувшись ко мне, но я не смогла встретить его взгляд, упрямо пряча глаза.
— Я не могу… — прошептала я, без сил согнувшись, касаясь лбом его груди, оставаясь на его коленях, полностью обнажённая. — Я не смогу так. Я чувствую себя насильницей. Я не буду так поступать с тобой. Прости.
В глазах стояли слезы, так сильно мне было больно и обидно; словно все силы и вся решимость покинули меня в тот миг, когда я увидела, как паника захлестнула его глаза.
Я не смогу. Нужно уходить.
Я вообще не понимала как после такого мы сможем общаться.
В следующий момент его руки нежно обвили мою спину, он уложил меня на бок, аккуратно повернув мою голову к себе и прижавшись ко мне так близко, что даже наши носы соприкасались.
— Тише, всё хорошо. Всё хорошо, Айви, — прошептал он, нежно касаясь губами моих век, обнимая лицо своими теплыми ладонями. — Давай представим, что мы в отношениях, что мы доверяем друг другу, что между нами нет никакой боли и обид.
А после что-то в нем изменилось. Его нежные поцелуи быстро стали более настойчивыми, страстными; язык настоятельно просил меня раскрыть губы, и я сразу же уступила.
Да. Сегодня мы сделаем вид что между нами все хорошо.
Я не сразу смогла прийти в себя после всего произошедшего; тело было напряжено, и сначала я почти не реагировала. Но это продлилось недолго. Дыхание перехватило, когда Макс притянул меня ещё ближе, вжимая в свое крепкое, словно каменное, тело, и после раскрыл мои ноги, просовывая свое колено между ними, усиливая контакт и накаляя атмосферу до предела.
Жалобно всхлипнула, когда Макс положил руку на мою ягодицу и сжал ее, а затем начал тереться сам и двигать меня — медленно, ритмично, безупречно. Я почти задыхалась, но Макс не касался моих губ; он покрывал поцелуями мою шею, уши, ключицы, грудь, продолжая то самое движение, которое сводило меня с ума.
Я не заметила, как оказалась на спине. Макс, не прекращая ласкать мое тело, сжимать и гладить его, доводил меня до безумия своими поцелуями, не оставляя мне шанса сомневаться, думать, тормозить. Он на мгновение отстранился, окинув меня восхищенным взглядом, его губы тронула лукавая усмешка, и он начал спускаться поцелуями по моему горлу, вниз, к груди, явно намереваясь продолжить путь дальше.
— Нет, — тяжело дыша, я положила руку на его затылок и притянула его для поцелуя. — Я готова. Пожалуйста, Макс...