Автор
В сером рассвете деревенского утра, на фоне мелькающих ветвей высоких деревьев, слышался свист ветра. В этом мире, где каждый призрак может быть смертельным, он осознал опасность и необходимость остаться незамеченным. Заведя рукава, он ощущал кожу своей доспехов под пальцами — гладкой и холодной, как чистое стекло....
Но, в конце концов, через какое-то время, Макс отпустил меня и позволил уйти.
Быстро двигаясь домой, я думала о том, что хорошо, что этот разговор состоялся. Он поможет мне перевернуть эту страницу: мы с Максом из разных миров и не можем понять друг друга. Я должна сосредоточиться на своих делах, а Макс только выбивает меня из равновесия.
Я вдруг осознала, что не заплатила за еду, и теперь винила себя за это.
Вернувшись домой, я начала писать очередное письмо, которое анонимно отправлю ликвидаторам. Конечно, до событий в Колвилле еще несколько месяцев, и прежде чем это произойдет, Себастьян Торн и его отряд спасут принцессу Астурии.
***
Утром мистер Симменс попросил меня зайти к нему перед работой, что я и сделала.
— Что случилось? — спросила я, и мистер Гаилли тяжело вздохнул, явно не желая приносить плохие новости.
— Профессор Диксон отказался давать показания против Люсиль, — сказал он прямо, за что я была благодарна. — Он также не собирается признавать свое преступление. Конечно, полностью отрицать это у него не получится, так как он признался при большом количестве людей.
Сердце сжалось от таких новостей, и я присела в кресло, размышляя, как справиться с этими проблемами. Вес ответственности давил на меня, я чувствовала, что теряюсь от происходящего. Мистер Марш и профессор Диксон были ключевыми фигурами в моем деле, так как осознанно помогали Люсиль. Если бы я выиграла дело против любого из них, это повлекло бы последствия для других.
"Что это означает для профессора Диксона? Расстался ли он с Эстер? Встречается ли она теперь с Билли, или они окончательно разошлись? Я виделась с другом только раз после своего возвращения из Истрэя, и он ничем не дал понять, что все еще в отношениях с ней.
— Означает ли это, что мы не сможем доказать ее вину? — тихо спросила я, массируя голову кончиками пальцев.
— Не совсем, у нас все еще много доказательств. Но это будет намного труднее.
