В общем делаю всё, чтобы не думать и не вспоминать.
Но разве когда-либо что-то в жизни шло так, как мы планируем?
***
Обычно утром я езжу на работу на трамвае, остановка находится в пяти минутах от нашего с Тиной дома. В Мекленбурге очень симпатичные трамвайчики, едут не быстро, но в них всегда чисто, даже как-то уютно, с утра всегда мало людей.
Несколько остановок и я в центре города, где и располагается клиника. Обычно газет я не читаю, но сегодня зайдя в трамвай увидела, что кто-то оставил на сиденье газету.
Меня заинтересовал заголовок. Мне было видно только половину газеты, где на первой полосе, было изображен Букингемский дворец и было написано «сенсационная новость».
Я подумала, что, в Британии что-то произошло, а я так увлеклась новой жизнью что совсем перестала следить за новостями, и развернула страницу.
С газетной полосы на меня смотрел Максимилиан, рядом с которым счастливо улыбаясь стояла великолепная блондинка, и было написано, что на первое ноября назначена помолвка ненаследного принца Максимилиана, герцога Кентского и наследницы Оранского княжества, княжны Августы Гессен-Кассельской.
Газета была датирована сегодняшним днём, двадцать шестым августа.
Я смотрела на фото Макса, было впечатление, что они взяли старое фото, я такое видела в доме Белтонов, где он молодой кронпринц, без следов ожогов и без нахмуренных бровей.
Я вспомнила, как пыталась разгладить эту морщинку, а Макс смеялся, говорил: — «Это то, что ты не сможешь вылечить».
«Я и не смогла, а она смогла, на фото в газете нет морщины между его бровей»
Мне вдруг перестало хватать воздуха.
Трамвай остановился, до клиники ещё оставалось пару остановок, но я решила, что время есть, я лучше пройдусь, мне срочно надо на воздух.
Выпрыгнула из трамвая и подбежала к ограде набережной озера, стараясь как можно глубже вдохнуть.
Я думала, что мои чувства вдали от Макса уже утихли, но это оказалось не так, просто пока я знала, что он там, мне, вероятно, казалось, что он всё ещё мой.
Глупая!
Глаза наполнились слезами, я подняла глаза вверх, чтобы посмотреть на небо, здесь почти всегда чистое и голубое небо, но это не помогло, слёзы всё-таки полились из глаз. Я вцепилась руками в ограду и мне хотелось не только плакать, но и кричать.
Почему? Почему всё-так не справедливо?! У него обязательства, у меня снова работа. Всё понимаю… Но почему мне так больно…
— Девушка, что с вами? Вам плохо? — раздался вдруг приятный мужской голос из-за спины.
