"
"Наверное, тишина была минут десять, все переваривали наше новое поведение и личные границы. Ведь раньше нам этого не приходилось делать, и многие вещи были впервые. В нашем спрятанном предками мире таких проблем не возникало и с нами не находилось столько разного народа. Теперь все изменилось существа приходят, уходят, появились дети, мужья и наша личная жизнь. Я, конечно, понимаю, что Малыш имеет возможность всегда и все просмотреть, при желании. Даже что происходит между мужчиной и женщиной, когда они наедине и под одеялом.
— Эми, рассказывать там особо нечего. Вышел теневой тропой в твоей ванной, а этот маленький костлявый помощник упал на меня сверху. Я, испугавшись, соскользнул в ванну. Как-то не ожидал, что на меня на корабле кто-то нападет так нагло исподтишка. Вот и искупался в твоем бассейне, выскочил, помчался к тебе на разборки и подмогу. Когда появился, увидел всех, успокоился, что на нас не напали, и все в порядке. Просто после всего увиденного в лесу как-то неспокойно, если честно, тем более ты столько образцов привезла сюда, — вот оно как даже, синял, который всю жизнь до этого был обычным котом, теперь испытывает такие смешанные и необычные для него чувства.
— Спасибо, что переживал за нас! — почесала огромную голову синяла, который посмотрел на меня исподлобья, блеснув довольными глазами.
— Извини, Марк, я как-то и не подумал, что ты мог волноваться за Эми, всё-таки тут много существ находится и готовы сражаться в случае нападения, — удивленно ответил Малыш, видимо, и он не ожидал такого ответа.
— Извинения приняты! Насчет того, что тут много народу, не соглашусь, тут больные, дети и целитель. А из тех, кто может защищаться: Эми и ты, член совета не в счет, — махнув пренебрежительно хвостом, ответил Марк.
— Вот за детей я бы меньше всего переживал! Сейчас покажу! — ржал Малыш.
Когда на одной из стен включился монитор и началась трансляция, мы к тому моменту уже зашли и надели дополнительную защиту в закрытой лаборатории.
Эти два веселых и находчивых ребенка веселились от души. Малышня лазила то по больному дракону, то по его отцу. Задавали вопросы, везде заглядывали, даже на вкус умудрились попробовать. Якобы чтобы сравнить, отличаются ли те по вкусу после случившегося. Как им это вообще в голову пришло, не понятно. Стойкости советника можно было позавидовать, он терпел все приставания к себе, даже порой очень интимного характера. Много отвечал на их вопросы и очень аккуратно отводил от тех тем, о которых им еще ну очень рано слышать, за что я ему была благодарна. Сразу видно, что прожил мужчина много лет и набрался терпения, да и его отношения с сыном говорили о любви к тому.
Но и сам его сын, лежа, все, как мог, переносил так же стойко, как и отец.