— Да иди ты, со своими абсурдными идеями, хороший мамин сын! — хлопнув ладонью по затянутому в кожу широченному плечу, водворилась за руль и стартовала в сторону дома.
Настроение, изрядно попорченное событиями среды и ожиданием завтрашнего родственного слёта, слегка улучшилось. Поужинала я, опять же, вкусно.
А родственники с претензиями, советами и комментариями?
48. Артем. Август. Т.
Понедельник настал очень быстро и кстати.
Выезд в родовую усадьбу, простите, на семейную дачу, построенную дедом Александра Аркадьевича в начале прошлого века, в целом, можно считать удавшимся. Барышни сильно не надоедали, на стол накрывали, быт организовывали. В субботу вечером у открытого огня в беседке пели слаженно, на два голоса старинные романсы, в остальное время появлялись исключительно после призыва. На совместных трапезах вдохновенно трепетали ресницами, восторженно глядели в рот и восхищённо внимали.
С точки зрения Домостроя — идеально.
Но Артём чувствовал себя как-то не слишком уютно. Но, может это с непривычки? Вот освоится в этом обществе и будет наслаждаться жизнью?
Если вспомнить развесёлую пятницу, то вот не зря он привёз молодёжи розовый джин, два вида рома с Кубы и по бутылке «Апероля» с «Егермейстером».
При более тесном сотрудничестве, коллектив «Нового Дома» оказался просто «огонь ребята»: едва только он переступил порог их парадной приёмной, как Савельич тут же утащил его выбирать место временного размещения и, в итоге, отвалил целый кабинет. Потом подтянулись и остальные. Приветствия, шутки про далёкие дали, куда занесло столичного хлыща, вроде как сто лет знакомы и здесь ему на самом деле рады.
Вопросы подачи заявки решились, как будто бы, сами собой, вообще без его участия. Он только оглянулся, а ему уже сопроводительное письмо со входящим номером и отметкой о приёме комплекта конкурсной документации вручили.
А за обедом борзая молодёжь преподнесла неожиданный, но просто шикарный подарок.
— Сегодня вечером, доцент, как хочешь, но с нами едешь на покатушки. Отказов не принимаем. Ты нас в Питере так мощно погулял, что мы в себя неделю приходили потом. Сейчас наша очередь. Ты ничего такой, вроде, бодр для своего возраста, должен сдюжить. Ну, на крайняк, в выходные отлежишься, — заявил Олег, приступая к третьей чашке чёрного и густого, как гудрон, кофе.
Остальные загоготали и шумно поддержали такое, логичное, на их взгляд, предложение.
Извини, Софочка, в Филармонию без меня сегодня.