Автор
В зале бурчат и мчутся голоса - Миринда кричит о помощи, Мири пытается отвести внимание жениха от страшного исходящего с ним трепака. В этом хаосе танцев и рок-н-рола прячется история семьи Райс - второе правило которой: никогда не поддаваться без борьбы.
– Довольно! – холодно произнес он. – Мы вот уже три сотни лет охраняем сокровенную тайну от таких пронырливых магов, как ты, Виллар! Твоя никчемная жизнь должна оборваться здесь и сейчас. И мне все равно, какими словами ты станешь молить меня о пощаде и что именно ты собираешься мне говорить…
– Все правильно, потому что говорить буду я, – раздался девичий голос у него за спиной, и Райар резко повернулся.
В коридоре, сжимая в руке факел, стояла Аньез. Волосы убраны в косу, одета она была в мужскую одежду, подчеркивавшую все изгибы такого желанного им тела.
Мысли Райара тотчас же заполонила горечь… Горечь от осознания того, что теперь ему придется убить еще и ее, раз Аньез подобралась к его тайне слишком близко!
***
– Аньез, что ты здесь делаешь?! – глухо спросил у меня Райар. – Как ты здесь очутилась? – и в его голосе мне послышалась обреченная решимость."
"– Шла за тобой и пришла, – отозвалась я легкомысленным тоном и даже попыталась улыбнуться, не уверенная, что Райар увидит это в полумраке.
Потому что, когда я спускалась по влажным ступеням в хранилище, сжимая в руке прихваченное по дороге оружие, меня посетила очередная волна воспоминаний – не моих, а Густава Тэриса. Да такая сильная и яркая, что я едва удержалась на ногах.
– Аньез!.. – покачал головой Райар. – Если бы ты только знала!
– Дело в том, что я знаю. Я в курсе того, что произошло в этом замке три сотни лет назад.
– О чем ты говоришь?!
– О предательстве, Райар! О том, что к твоим предкам обратился за помощью маг из Центина, понадеявшись на их поддержку. Его звали Густав Тэрис, и он искал тех, кто поможет ему снарядить корабль, чтобы отправиться на поиски его учителя.
– Учителя?!
– Джеймса Офина, затерявшегося в песках Остара. Потому что тот одержимо искал возможность во второй раз активировать артефакт.
– «Сердце Центина», – раздался голос Джея. – Он хотел исправить то, что натворил!
– Да, именно так, – повернулась я с к своему жениху, с тревогой всматриваясь в его казавшееся слишком бледным, даже белым лицо.
– Этого я не знал, – отозвался Джей, и я кивнула.
Никто из потомков этого не знал.
