Автор
В зале бурчат и мчутся голоса - Миринда кричит о помощи, Мири пытается отвести внимание жениха от страшного исходящего с ним трепака. В этом хаосе танцев и рок-н-рола прячется история семьи Райс - второе правило которой: никогда не поддаваться без борьбы.
– И это, заметь, не я! – отозвалась Инги.
– Говори сам за себя, – огрызнулась я, не забыв добавить, что со мной все в полном порядке.
Вот еще, нисколько я не трусила!
Всего лишь немного опасалась того, что Имгор Гервальд может оказаться во дворце, потому что король Хастора открыто поддерживал его в притязаниях на престол Центина. И вот тогда разговора с предполагаемым родным отцом мне не избежать!
Но, сколько бы я ни высматривала среди придворных высокого рыжебородого мужчину с лицом, измученным долгими годами кровопролитной войны, Имгора нигде не было видно.
Зато я заметила лорда Кеттера в парадной одежде и с алым плащом, на которой был изображен неведомый мне герб с двумя черными драконами, скрестившими мечи. Райар разговаривал с придворным магом, но тоже меня приметил. Приветственно кивнул, и на его губах появилась довольная улыбка.
Он явно был рад меня видеть, тогда как я… В моей груди снова что-то дрогнуло, и я подумала…
О, Трехликий, неужели Ты посылаешь мне испытание?! Собираешься проверить мое сердце на прочность? Узнать, люблю ли я Джея Виллара по-настоящему и имею ли право считать себя его невестой?
Но Тебе не стоило во мне сомневаться!
То, что сейчас я испытывала к Райару Кеттеру, было лишь отголосками прежних, возникших при первой нашей встрече чувств.
Или же… Но нет, нет!
Потому что в Изиле на прозвучавший в доме Вейров вопрос я бы ответила Райару Кеттеру отказом.
А спроси он меня сейчас, то отказала бы ему без раздумий!
Наконец следом за командами Хастора и Детрии к трону приблизились и мы.
На нем восседал седовласый мужчина с волевым лицом, одетый в парадные одежды и с подбитым горностаевым мехом плащом. На голове у него была корона в виде свернувшегося дракона, инкрустированная огромными сапфирами.
«Да не разбудит спящего дракона тот, кому дорога собственная жизнь», – вспомнила я девиз Хастора.
По правую руку от короля сидела величественная женщина, чью голову украшала королевская тиара. Годы оказались не властны над горделивой красотой златовласой королевы Элинор.
По левую сторону от трона Сигверда располагалось кресло принца Эрвальда Хасторского, унаследовавшего от матери светлые волосы и синие глаза.
«Красивый мужчина», – отстраненно подумала я."
"Как по мне, во внешности кронпринца не имелось ни единого изъяна.
