Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Организованная преступная группировка. Вы что, про такие не слышали?
— Блин, ты «Ментовские войны» посмотрел или что? Так система уже давно не работает. Всё уже чётко и красиво. Никакие менты такую мелкоту крышевать не будут. А если и будут, то недолго. Их свои же на кукан нанижут в два счёта. Если эти дебилы у тебя во дворе давно пасутся, то бабульки уж сто раз сигнал послали, врубаешься? А то, про что ты говоришь… Это вообще отрыжка прошлого века.
— И что вы мне предлагаете? Пойти на стрелу и подставить карманы, чтобы мне туда ханки накидали? Или пойти заяву накатать, чтобы они сами себя ловили?
— Шерлок Холмс, бляха, — покачал он головой. — И доктор Ватсон. Нахер ты вообще туда полез?
— А что, смотреть, как они отравой своей торгуют? Там дети, между прочим гуляют.
— Дети? Маленький мальчик по стройке гулял? Чё они гуляют, если там стройка?
Он с крайне недовольным и даже раздосадованным видом взял в руки телефон и позвонил. Ответили довольно быстро.
— Здорово, Петруха. Занят?.. Ага… Да…
Он заржал.
— Ладно, братан, хорош прикалывать. Слушай, да погоди ты. Ну, да в субботу, как договаривались. Нет, у меня всё по плану… Я говорю, по плану… Да я вообще не по этому поводу. У меня тут пацанёнок сидит из моих, новенький. Короче, можешь с ним потолковать? У него есть информация по центральному району. Во дворе торгуют. Да, прямо с прилавка… Ну, я так и сказал, в принципе… Да… Да, я так и сказал. Но там сегодня будет кипиш вроде. Ну, поговори с ним. Слушай, я понимаю. Я понимаю. Я понимаю. Нет, он сам подъедет. А-а-а… А когда вернёшься? Понятно… Да мы с ним в кафешке нашей сидим… Да, на Кирова. Серьёзно? Прям сюда? Ну всё, брат, ждём.
Икар отключил телефон.
— Приедет минут через десять. Кофе хочешь?
— Нет. Спасибо, Икар Артурович.
— Я тебя не угощаю, если хочешь, сам подойди и купи.
— Да не за кофе спасибо, а за помощь. Кто он такой, Пётр этот?
— Он как раз из наркоконтроля, занимается всеми этими барыгами. Хороший парень.
— Вообще в яблочко, да?
— Посмотрим. Ты лучше скажи, откуда ты про принцип знаешь?
— Мне кажется, вы прикалываетесь, Икар Артурович, — подмигнул я. — Это ж база.
Вскоре появился Пётр. Он вошёл в кафе энергичной походкой. Среднего роста, средней комплекции, с ординарной внешностью с небольшой дурацкой сумкой на текстильном ремне, переброшенном через плечо. На мента похож не был, скорее на коммерса. Лет ему на вид было около сорока и единственное, что бросилось в глаза — его взгляд, живой и подвижный. Такой взгляд я встречал у карманников и аферюг.
— Вот этот? — кивнул он на меня и уселся напротив, успев просветить, как рентгеном.
— Да.
— Сергей Краснов, — представился я.
— А я Пётр Алексеевич Романов.
— Внушительно, — кивнул я.
