Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Какой же ты, Серёжа… неотзывчивый. А мы ведь с тобой через такие испытания вместе прошли.
— Настя, не морочь голову. Мне заниматься надо.
Я поднялся с дивана, взял её за руку и вывел в прихожую.
— Всё, дитя, ступай.
Дождаться, пока она натянет кроссовки было нелегко. Она специально делала это медленно, картинно наклоняясь, демонстрируя ноги и зад.
— Настя, не буди зверя, пожалеешь.
— Да⁈ Уже интересно. Пожалуй я шнурки ещё раз завяжу…
Наконец, я не выдержал и резко открыл дверь. И в тот же миг по лестничной площадке промелькнула быстрая тёмная тень."
"— Здрасьте-здрасьте-здрасьте, — пробормотала тень и начала подниматься по лестнице.
Это был тот нескладный чувак, что стоял у подъезда вместе с Семёном Евграфовичем.
— Здрасьте ещё раз, дядя Лёня, — сказала Глотова и состроила мне рожицу.
— Серёжа, — тут же выглянула в прихожую мама. — Ушла Настя? Ты бы поменьше с ней сейчас тусовался, раз решил экзамены сдавать.
— Да, мам, ты права.
— Послушай… ну… да, я перегнула палку сегодня… — начала она неуверенно, растерянно и даже немного смущённо. — Но ты ведь должен меня понять…
— Я понимаю, — кивнул я.
Блин, разговоров сегодня было уже через край, больше уже не надо было. Я посмотрел на неё. Она хотела ещё что-то сказать, но не решалась, что ли.
— Мам, всё у меня получится. Ты не переживай.
— Слушай… не связывайся ты с этим Матвеем, ладно? Мне Юлька про них порассказала…
— Не буду.
— Серёж… Ещё тут такая вещь… У Евграфа действительно висели три иконы в спальне… А сейчас есть они там?
— Не знаю, в спальню я не заходил.
— А зачем ты вообще туда шастал? У тебя свой дом почти всегда свободный, я на работе торчу целыми днями. Для чего? Как вот теперь от этих обвинений отбиваться?
— Я эти обвинения не считаю реальными и серьёзными, — пожал я плечами. — Спьяну наговорил ерунды.
— Не знаю, не знаю… А этот бандит на чёрной машине?
— Жан что ли? Он не бандит, просто выглядит так…
— Да какой Жан, мордоворот тот, ты ему отдал что-то.
— Слушай… Ну он… Он из органов…
— Из каких ещё органов? Ты так-то не ври, не оскорбляй мой разум.
— Я же на борьбу записался, два раза уже сходил с Рожковым. Вот… Короче…
— Что короче? Да говори ты уже!
— В общем, он курирует спортивную секцию, привлекает пацанов к сотрудничеству. Типа как это, патриотическое воспитание, профилактика терроризма и всё такое. Я сам удивился, но вот, работают органы-то, занимаются профилактикой и воспитанием. Я ему, как раз и сказал, что у нас во дворе толкутся подозрительные личности. Он это дело с наркоманами и раскрутил. Только ты смотри, никому, ладно?
— Да кому я скажу? — отмахнулась мама.
— Ну, чтоб ни Юле, ни Гале, вообще никому. Я обещал.
— Врёшь ты, Серёга, и не подпрыгиваешь.
— Да почему врёшь-то сразу? Благодаря этому дядьке тех дурачков и накрыли.
