Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ты что, натворил там чего-нибудь?
— Нет, она говорит, что если я не возьмусь за учёбу, меня выпнут коленом под зад сразу, как только получим статус лицея. Директриса на меня зуб точит и ждёт, когда меня съесть можно будет.
— Почему?
— Потому что она за взятку продаст моё место и не будет мучиться с двоечником.
— Она так и сказала про взятку?
— Нет, это я сам додумал. Она сказала, что её тоже выпнут тем же коленом, потому что у неё в классе низкие показатели. Из-за меня.
— Ну, а ты что?
— А что я? — пожал я плечами.
— Тебе что, не жалко, что молодую учительницу, хорошую, между прочим, выгонят только потому, что ты обормот учиться не хочешь?
— Мама, тебе говорил психолог, что на меня после болезни давить нельзя?
— По-моему, нужно на этого психолога давить было, — покачала головой мама. — Что ты делать-то думаешь? В дворники пойдёшь после школы? Или куда?
— В дворники не возьмут, я хилый.
— Даже в дворники не возьмут, — вздохнула мама. — Что с тобой делать, Серёж? У меня ведь руки опускаются. Дать бы тебе ремня, да психолог, паразит, не разрешает.
— Да-а, — махнул я рукой. — Если других вариантов нет, придётся браться за ум.
— Чего-чего? — недоверчиво сощурилась мама.
— Учиться, говорю, буду. Жалко ведь, если Альфу из-за меня уволят. Но придётся у неё потребовать что-нибудь взамен.
— Балбес ты, Серёжа! — покачала головой мама. — Разве ж ты для неё учишься?
— Ну а для кого, мам? Мы-то с тобой и так грамотные. Только, чтобы её не выперли…
* * *Утром за мной снова зашла Глотова.
— Ты идёшь? Давай скорее, опаздываем. Или что?
Она улыбнулась и добавила игриво:
— Может, дома останемся, что скажешь?
— Что я скажу? — повторил я, натягивая джинсы. — Скажу, что когда идёшь гулять с мальчиком, стоит надевать такую юбку, чтобы она закрывала твои упругие булочки.
— Что⁈
Она открыла в удивлении рот, а потом захохотала.
— Ты типа, как это, приревновал меня что ли?
— Я типа предостерёг, — состроил я кислую рожу. — Потому что не смогу победить в битве за твою невинность, сражаясь со всем мужским родом. Подумай, я погибну, а тебя разорвут на лоскутки, которые будут украшать многочисленные флагштоки.
— Ты чё, серьёзно?
— Серьёзней некуда.
— А вдруг я уже… ну… это…
Она поиграла бровями, но не осмелилась произнести.
— Даже, если ты уже «ну это», быть разодранной по флагштокам всё равно очень плохо и неприятно.
