Опер из девяностых очутился в теле современного школьника. Житель прошлой эпохи не понимает новые технологии, но отлично разбирается в людях. Вооружённый уличной мудростью и принципом справедливости, он готов дать отпор любому злу. Его боевой опыт станет грозным оружием в школьных войнах.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 2. Око за око» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер из девяностых очутился в теле современного школьника. Житель прошлой эпохи не понимает новые технологии, но отлично разбирается в людях. Вооружённый уличной мудростью и принципом справедливости, он готов дать отпор любому злу. Его боевой опыт станет грозным оружием в школьных войнах.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер из девяностых очутился в теле современного школьника. Житель прошлой эпохи не понимает новые технологии, но отлично разбирается в людях. Вооружённый уличной мудростью и принципом справедливости, он готов дать отпор любому злу. Его боевой опыт станет грозным оружием в школьных войнах.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ящики мне понравились, прямо не ящики, а сундуки. Я сразу улёгся на них и прикрыл глаза. Решил, немного отдохнуть, пока представилась возможность. Только веки мои сомкнулись, как темнота и невесомость мгновенно овладели мной, закрутили и бросили в пространственно-временные тоннели. В общем, только я закрыл глаза, сразу уснул и потерял связь и с настоящим, и с прошлым, и с будущим.
Проснулся я от боли в плече. Кто-то тряс меня и пытался разбудить.
— Тише-тише-тише, — пробормотал я, открывая глаза. — Аккуратнее.
— Ты чё охренел? — тряс меня Князь. — Просыпайся."
"— Щас-щас… — помотал я головой. — Щас, Жан… Дай в себя прийти. Вода есть?
— Ты чё там, набухался что ли? Если дядька узнает, он тебя лично замочит.
— Во-первых, — вздохнул я, усаживаясь на ящиках, — я не пьющий, не курящий и не кумарящий. Во-вторых… А что у нас во-вторых. Бр-р-р… Что так холодно у вас… Что, кстати, в ящиках? Нормальные сундучки такие. Подаришь один? А, вспомнил, что у нас во-вторых. Два раза не умирать, Жан.
— Ты чё, смерти не боишься? Барону только не вздумай сказать.
— Смерти только вьетнамцы не боятся. Мне один старый кореец сказал. Почему, не спрашивай. Что там у вас, рассказывай.
Кажется, я пришёл в себя и готов был слушать Князя.
— Кипиш, что ещё? Триста тысяч не такие сумасшедшие бабки, но сам факт, что кто-то нас поимел, дяде покоя не даст. Никогда. От этого дня до конца времён. Поэтому, если ты как-то в том замешан, я тебе не завидую. Прощайся с жизнью.
— Да ну нахрен. Из-за трёх штук баксов жизни лишать? Жёсткий барон у вас. А сколько, кстати один жеребец стоит, можешь сказать?
— Крас, хорош прикалываться. Дяде Нико не вздумай сказать что-нибудь про коней, ты меня понял?
— Ладно, — хлопнул я себя по коленкам и поднялся с ящиков. — Жрать охота. Так что, идём или нет?
— Блин… Ты точно в этом деле не задействован? Скажи мне… Крас, блин…
— А ты что, позволишь мне свалить?
— Сука, — помотал он головой. — Там же люди барона наверху стоят. Хер от них уйдёшь.
— Да я не буду, Жан. Я вообще не при делах. Я думаю, знаешь у кого рыло в пуху?
— У Назара? — прищурился Князь.
— Нет, — покачал я головой. — Хотя он тот ещё мудила и с него станется. Но нет. Я думаю, это Мэт.
— Чё? — вытаращился Жан. — Да вы сговорились что ли? Подумай сам откуда он мог что-то знать?
— Погнали, переговорим с дядюшкой и по домам, а то меня ломает всего. Может, простудился, не знаю. Надо сожрать чего-нибудь. Можешь сообразить?
— Не, лучше эту тему не качай, — с сомнением произнёс Князь. — Дядька подумает, ты укуренный.
— Блин. Ну, погнали уже, чё ты сиськи мнёшь, Князь!
Он малость обалдел от моего желания как можно скорее угодить в пасть льву. А меня действительно накрыло, и я хотел как можно скорее покончить с этим делом. Температуры, наверное, не было, но болела голова и дрожь била.
