Если бы не его язык, с напором играющий с моим, я бы орала в голос от восхитительных ощущений, когда тренер вколачивался в меня до упора, подбрасывая всю меня немного вверх.
Еще несколько толчков, и я кончила, впившись ногтями в широкие плечи. Приходя в себя, почувствовала, как Никита все еще двигался во мне, а затем застонал и резко вышел, придерживая, чтоб я не упала.
Первый раз видела, как парень кончает после прерванного акта. М-м-м… Вкусное зрелище. Или это просто рассудок все еще был затуманен удовольствием? Но почему-то меня вообще не беспокоил факт незащищенного секса.
— В следующий раз я не забуду надеть презик. Прости. Я чист, честно, — Никита ласково коснулся моих губ, и я моментально ответила на поцелуй, переводя его из целомудренного в страстный.
— Никита, может, лучше без следующего раза? — с придыханием прошептала, когда тренер начал целовать шею, спускаясь ниже.
— Слава, мы не удержимся. Я так точно не удержусь, — сказал и ласково прикусил сосок.
Выгнулась навстречу ласкам. Наверное, в его словах есть рациональное зерно. Но это все неправильно.
— Не нужно, — жалобно простонала.
— Слава, — Никита смотрел мне прямо в глаза и в полумраке складского помещения они казались почти черными, — я честно предлагаю тебе исключительно секс. Без обязательств, принципов и переживаний о моральном облике. Представь, я исполню любую твою эротическую фантазию. Оттрахаю тебя как шлюху, если ты этого захочешь, и не осужу за это. Как тебе такой вариант?
Я молчала, а Никита вновь поцеловал, а затем продолжил:
— Так, что ты на это скажешь?
— А если мне не понравятся твои фантазии, и я откажусь их исполнять? Или тебе не понравится, что я, к примеру, захочу оттрахать тебя страпоном? — спросила вместо категорического отказа.
— А ты мечтаешь оттрахать парня страпоном? — осторожно уточнил тренер.
— Нет, — ответила и отчего-то широко улыбнулась.
На удивление легко было вести диалог о сексе, все еще полураздетой в темной кладовке.
— Тогда меня уже устраивают все твои фантазии. Но и я ведь не буду тебя принуждать. Всегда сможешь сказать «нет».
— Никита, даже если так, это все еще измена, — зачем-то сказала я вместо того, чтоб прекратить этот безумный разговор.
— Без любви — не измена.
— Ты так в этом уверен?
— В любом случае, это слишком сложный вопрос. А я после секса предпочитаю отдыхать. Или есть.
Я вновь рассмеялась. Мне было слишком хорошо, чтоб совесть могла в полной мере завопить об ужасе всего происходящего и планируемого.