В зале царит напряженная атмосфера, как будто воздух замер на миг перед непредсказуемым событием. Генерал Драгос Эвервин в черных плащах и с ожиданием на гладкой дубовой паркетке. За ним - две угрюмыми собачками, словно монстры из сказки. Вся комната напряглась, как будто ждала этого момента....
А за ней в двери стоит тот самый великан с каменными пальцами, от прикосновений которого у меня до сих пор ноют плечи.
Со вздохом прячу томик стихов за спину.
Похоже, план пора немного подкорректировать. Голодная и уставшая я далеко не убегу. Сейчас подкреплюсь, а для побега придется подгадать другой момент.
Стоит девушке переступить порог, как за ней закрывается дверь и в замке щелкает ключ.
— Добрый вечер, леди де Эвервин. — девушка внезапно садится в глубоком реверансе. — Я Ирия.
То ли она не привыкла к этикету, то ли у нее плохо с равновесием, но внезапно серебряный поднос в ее руках кренится набок и я едва успеваю подхватить его за край.
Девчушка виновато улыбается и торопливо шагает к овальному столу на изящных резных ножках. Начинает переставлять на полированную поверхность тарелки с подноса.
— Кухарка просила вам передать, — тараторит она, — что очень постарается вам угодить. И еще она нижайше просит прощения за столь простой ужин.
Стол потихоньку заполняется тарелками. Нарезка из дырчатого сыра. Пористая краюха хлеба и ветчина. Десять вареных яиц и несколько яблок. Яблочный пирог. Кувшин с вишневым компотом и какие-то штучки, напоминающие скукоженные сливы.
В желудке тут же начинает урчать от голода, а рот наполняется слюной.
И это называется «простой ужин»?
Да тут еды на целый пир, причем пир великанов!
И все же, вместо того, чтобы наброситься на еду, как того требует желудок, я медлю.
Хлеб можно незаметно спрятать, высушить на шкафу, чтобы заготовить еду для побега. Еще хорошо бы отложить про запас пару яблок. Все остальное долго не хранится.
Обвожу взглядом заставленный стол и опустевший поднос и разочарованно вздыхаю.
Жаль, что служанка не принесла ножа.
Он бы точно пригодился для побега!
— Леди де Эвервин не голодна? — интересуется Ирия, обеспокоенная моим бездействием.
Она постоянно теребит передник и мнется с ноги на ногу.
То смотрит на еду, то робко заглядывает в мои глаза.
Бедная девочка.
Мне сейчас не до общения и не до этикета.
Я злюсь на весь мир.
Злюсь и хочу сбежать — это все, о чем я могу думать.
Но мои взрывные эмоции предназначены мужу и родителям.
