Правда, ехать далековато, – плавными движениями ласкает спину.
– Какой ты нетерпеливый. Зиму не хочешь ждать, – вопреки мыслям, голос мой звучит очень ласково.
– Я серьезно. Будет круто. Вам понравится.
– Давай обсудим завтра? Спать хочется. Все-таки середина ночи.
– Конечно, солнышко. Спи.
«Солнышко»…
Сна ни в одном глазу. Из головы никак не идут печальные мысли. В объятиях Адама так хорошо – чувствую себя защищённой, как будто никто и ничто больше не сможет меня обидеть.
Его размеренное глубокое дыхание дало мне понять, что он уснул. Ревностно меня обнимая.
Закрываю глаза, а вижу перед собой сцены из детства. Где мама с папой были рядом. И мы были счастливы…"
"Зима… приглушенное освещение, блестящие снежники, как искорки, горят в небе, плавно опадая на огромные сугробы. Уже поздний вечер, а на душе радость и трепетное тепло. И ожидание чего-то прекрасного… папа зовёт глухим голосом, а я каждый раз смакую своё имя в его устах, произнесенное чуть протяжно, с привычным акцентом. Я убегаю, дразню его, а он догоняет, крепко обнимает и начинает кружить в воздухе, улыбаясь. Поднимает высоко над головой. И мама смотрит на нас, а глаза ее лучатся счастьем и любовью…
***
– Ты когда это сбежать успела?
Подскакиваю на месте от неожиданности. Тихий шепот застаёт врасплох. Стараюсь прикрыться, на мне лишь белье.
– Под утро легла к Ане, – отвечаю и натягиваю поскорее платье , – ты иди, я сейчас приду.
Как только я показываюсь на пороге, мужчина тут же меня хватает, зацеловывает и усаживает на столешницу, задирая подол.
Свет нового дня сочно озаряет кухню, все лишнее я оставила во вчера. И теперь как-то нужно сообщить об этом Адаму…
– А я уж подумал, ты сбежала. Даже испугаться успел. С добрым утром, солнышко.
Отвернуться не успеваю, и твёрдые губы вновь подчиняют себе, а я снова тону в одновременно манящей мягкости и силе этого мужчины.
Он обнажён сверху, а когда прижимается ко мне… его запах даже сейчас проникает в легкие, будоражит кровь. Но… я все делаю правильно. Лучше сразу поговорить и все расставить по своим местам.
– С добрым утром, какой ты активный по утрам, – пытаюсь сгладить неловкость и неприятный эффект своих следующих слов.
– Угуууу… – мычит мне в шею, чуть прикусывает, поднимает голову, и сердце вдруг царапает мальчишеская улыбка: искренняя, открытая.
– Погоди, – слегка отталкиваю его.
Мне удаётся спрыгнуть на пол и отойти в сторону. И прежде, чем он приблизился, начинаю разговор.
– Адам, послушай, пожалуйста, – закусываю нижнюю губу, стараясь подобрать максимально безобидные слова. – Ты к Анечке можешь приезжать, когда захочешь…
Лицо его, секунду назад светившееся радостью, мгновенно меркнет.