Автор
В мгновение ока мир ошеломленно реагировал на необычные космические атаки, когда внезапный взрыв истребителей и кораблей вспыхивало под яркими лучами плазмы. Огромная тьма, наполненная холодными звёздными искрами, была на грани революции. Человек, увидевший все это, внезапно встал и щёлкнул пальцами, будто выдвинув стратегический план борьбы с пришельцами....
Он встал около мембраны, сжимая ладонями виски; в голове гудело, кафф впивался в череп, будто раскалённое сверло. В нём бушевала ненависть, но не к пришельцам вообще, не к чужеродной расе, что вторглась в звёздную обитель человечества. Мог ли он ненавидеть Йо? Мог ли представить, что олки, бездумные рабы, достойны ненависти? Бино фаата, как и люди, были не аморфным скопищем злодеев, а обществом вполне цивилизованным, где одни решали, а другие подчинялись. Решающие правили силой, а там, где её не хватало, прибегали к обману — так, Айве, толковавший о доверии, был несомненным лжецом.
Литвин медленно двинулся по коридору к транспортной нише, потом снова остановился. Разговоры с Йо и мысли о произошедшем с Эби отвлекли его от главного — от того, что творилось сейчас в холодной пустоте, под светом звёзд и далёкого Солнца. Он замер, всматриваясь в бесконечный ряд мембран, тянувшийся вдоль палубы, и ощущая, как крепнет ментальная связь с Кораблём.
«Ситуация снаружи?»
«Без изменений».
Перемен и в самом деле не было: девять земных крейсеров окружали Корабль, ещё два и адмиральский фрегат висели перед ним, будто воины, заступившие путь противнику. Схема «кольцо», красная тревога, полная готовность к бою… В течение последних суток Литвин рассматривал флотилию глазами Корабля в десятый раз, пытаясь опознать соратников по силуэтам, количеству башен, антенн дальней связи и шлюзов для сброса УИ.
