Автор
В мгновение ока мир ошеломленно реагировал на необычные космические атаки, когда внезапный взрыв истребителей и кораблей вспыхивало под яркими лучами плазмы. Огромная тьма, наполненная холодными звёздными искрами, была на грани революции. Человек, увидевший все это, внезапно встал и щёлкнул пальцами, будто выдвинув стратегический план борьбы с пришельцами....
Она тянулась в обе стороны, как минимум на километр, но расстояние словно исчезло для Литвина; он мог разглядеть с поразительной ясностью каждую машину.
Трепет внизу сделался сильней — аннигилятор оживал. До двигателя Литвин и не пытался дотянуться, двигатель был ни к чему, бежать было некуда. Уже некуда… И если бы он мог, то всё равно бы не сбежал. В бегстве не было чести.
Ему казалось, что где-то внутри, в этом странном механизме или в самом его теле, рождается огненный шар.
«Не надо этого делать, — предупредил Корабль, и Литвину почудилось, что его бесплотный голос окрашен ужасом. — Не надо!»
«Отчего же? — мысленно ответил он. — Ты ведь, кажется, любишь сильные эмоции. А у людей есть чувство, которое слаще жажды творчества и радостнее любви. Ты с ним ещё не знаком. Имя ему — месть!»
Шнур багрового огня ударил в стену, испепелив десяток модулей.
— Я тебе обещал небо в алмазах? Ну, смотри! Смотри!
Ему удалось ударить ещё дважды. Потом он потерял сознание.
Глава 15
В космосе и на Земле"
"Имена кораблей одно за другим гасли на тактическом экране: «Сидней», «Ланкастер», «Нева»… «Сидней» был первым среди погибших; «грифы» не смогли остановить аппарат пришельцев, и поток багрового огня ударил в корму, прямо в реактор, защищённый многослойной броней.
