Автор
В мгновение ока мир ошеломленно реагировал на необычные космические атаки, когда внезапный взрыв истребителей и кораблей вспыхивало под яркими лучами плазмы. Огромная тьма, наполненная холодными звёздными искрами, была на грани революции. Человек, увидевший все это, внезапно встал и щёлкнул пальцами, будто выдвинув стратегический план борьбы с пришельцами....
Он повернулся к Фоссу и сказал:
— Вы, конечно, правы: не ваше это дело — класть жизнь за дикарей. Я всё исполню, эмиссар, а вас благодарю за помощь. Но будь моя воля, я бы…
— Да?"
"— Я бы не убивал тхо, а только Связку и тех, кто крутится рядом с ней. Такие, как Йо, ничем перед нами не провинились… как и сам Корабль… Всё-таки разумный, хоть и квази.
— Лес рубят — щепки летят, — молвил Фосс. — А что до Корабля и его разума… Вы с ним общались через ментальный интерфейс высокой пропускной способности — можно сказать, мыслили в унисон.
— Он говорил, что дорожит эмоциями, — подумав, произнёс Литвин. — Мне кажется, что он способен не только мыслить, но и чувствовать… Странно для компьютера!
— Это не компьютер. Или, если хотите, не такой компьютер, к каким вы привыкли на Земле. Лишь разум способен осмыслить чувства, выразить их и ощутить радость или горе, счастье или ужас, любовь или ненависть во всей их полноте. Разум придаёт чувствам глубину, и если бы вы, подобно даскинам, хотели создать устройство, хранящее ваши эмоции, пришлось бы даровать ему самосознание и разум.
Литвин приподнял бровь:
— Разве? Случается, что даже у людей чувства превозмогают рассудок.
— И вы полагаете, что люди ведут себя в такой момент разумно? Они предают и лгут, поддавшись жадности и страху, срывают злобу на невинных, из ненависти убивают и калечат, расстаются с жизнью из-за попранной гордыни или неразделённой страсти… Конечно, он иной, — Фосс показал на пульсирующий у их ног отросток.
Фосс повернулся и сделал шаг обратно к камере.
— Постойте! — окликнул его Литвин. — Сейчас я включу эту штуку и…
— Нет, не спешите. — Фосс живо схватил его за руку.
Уже лучше, гораздо лучше, подумал Литвин, пробираясь узким коридором. Сигга за его спиной тихо гудела, и чудилось, что из неё вот-вот появится рой прожорливых роботов-насекомых.
