Развеянный солнцем воздух и густые дубовые заросли — вот первые впечатления, когда книга "Вверх по течению" захватывает читателя. Стиль Дмитрия Старицкого делает путешествие по рекам и лесам не только физическим перемещением, но и глубоким проникновением в сердце природы и человеческих душ....
– Где сейчас твои мальчишки?
– Один барахло в эшелоне сторожит. Другой повез латунь сдавать «Гочкизу» на маленьком паровозике. Расписку привезет. Осмелюсь задать еще вопрос… – и, увидев мой кивок, продолжил. – Ваша милость, что с паровозными бригадами делать?
– А сколько их у нас? В смысле не бригад, а людей
– Девять человек. Три механика. Три помощника. Три кочегара.
– Вот засада. Я про них-то и забыл. Они еще сутки при эшелоне перекантуются?
– Думаю да. Им не впервой так.
– Что ж будем решать проблемы согласно очередности.
– Сурово вы с ними, ваша милость.
– Так. Этот ящик сюда ко мне, – окликнул я бойцов.
– Зверзз, здесь керогазы новые, – пояснил я ему, когда ящик поставили у моих ног. – Подарочного исполнения, тудыт их в качель. Три штуки нам на кухню поставь. Будет мало – четыре. Чтобы плиту постоянно не кочегарить. А то ужас, а не плита – мартен. А ящик с разобранными керогазами и технологической картой поставь так, чтобы был под рукой.
Цех ширпотреба поставлю на «Гочкизе». Как в Будвице. Керогазы делать. В будущем выделю это в отдельное производство. Керосинки, керогазы, лампы «Летучая мышь», пароварки, мясорубки, ножи консервные, механические штопоры и прочую мелочь, которая оказалась по прибыльности выгоднее пулеметов.
Да и быстрее такое производство наладится, чем моторный завод.
О – о–о – ва… Еще отладка линии ручных пулеметов на очереди. Когда я все это успею?
– По домашним запасам, реши все вопросы с хозяйкой, у нее на это бюджет выделен, – перебил я Зверзза, который пытался меня грузить какими-то домашними проблемами.
По черепице крыши галереи протопала дергая хвостом рыжая киса, очень недовольная столпотворением людей и ящиков во дворе. А скорее всего шумом.
* * *Целый час играл в короля Луи, который каждый раз самолично мелом надписывал фамилии придворных на дверях комнат Версаля.
Жить-то народу в этом «Кобчик – отеле» придется долго. Год как минимум. Пока заводской дом не построим. Слава ушедшим богам номера примерно одинаковые по комфорту. Одна звезда и та надетая на уши. Наливной ватерклозет в торце коридора системы «гнездо орла».
