Автор
В постели я встретила человека, чьи очертания казались вымышленными. Его лицо и фигура были контрастом против белого одеяла, словно в тени отражение. Я задумчиво глядела на город через стекло, а горячий какао оставался недовольной тинейджерской тревогой.
Ты вообще чем думала, когда… — Громкий вздох. Звук глотков, минута молчания. — Кирилл Константинович согласен забыть твою выходку, но придется извиниться лично и сделать перерасчет.
— Елена Петровна, я не буду…
— Женя! Не заставляй меня напоминать, сколько стоит лечение твоей матери. Думаешь, не знаю? Я не хочу быть стервой и увольнять тебя, но, видит свет, еще одна оплошность, и поползешь в какой-нибудь Мухосранск и не найдешь работы лучше, чем драить туалеты. Я позабочусь, расстараюсь, милая моя. Ты поняла меня?
— Да, Елена Петровна, — произнесла, хотя еще хотела возразить, рассказать, каков на самом деле этот Серебрянский.
— Умница. Надеюсь, впредь будешь хорошей девочкой и сделаешь все правильно.
— Да, — выдавливала из себя слова, словно отрывала их от сердца. — После извинений смогу передать этот проект кому-нибудь другому?
— Главное, извинись так, чтобы он забыл о твоем поступке, — уже примирительно говорила начальница. — А потом посмотрим.
Такси остановилось по указанному мной адресу.
— Хорошо, извинюсь. Прошу прощения, что принесла вам неудобства. Этого больше не повторится, Елена Петровна. Если нужно делать перерасчет, то могу поднять цену?
— Поднять? Серебрянский был крайне зол. Как бы не снизили ее в два раза. И, боюсь, придется согласиться на его условия, потому как такие враги нам ни к чему. Затопят и не заметят. Осторожнее, моя дорогая, поняла меня?
— Вы даете добро, чтобы я поднимала цену? — решила я хоть в чем-то выиграть.
Мне это было нужно. Да, Иришка потрудилась хорошо, выторговала у «РоялТи» приятную цену на наши заготовки, но можно больше, лучше. И если уже идти извиняться, то не с пустыми руками, а с подарком и встречным предложением, которое этому козлу не понравится. Думал, прогнусь? Не на ту нарвался!
— Работай, я в тебя верю, моя дорогая. Но…
— Быть осторожной, помню. Спасибо, — сказала я и только сейчас почувствовала зачатки внутреннего спокойствия.
— Не знаю, но уточню.
Глава 4 (2)
Я хмыкнула, попрощалась с начальницей. Сжала телефон, пытаясь поскорее собраться с мыслями, прийти в себя. Казалось, как только увидела Кирилла в переговорной, потеряла дар речи. Не понимала, откуда взялся, почему пришел в «РоялТи», хотя был главой совсем другой компании. Видимо, выкупил, решил переделать под себя и потому искал новых поставщиков. И мы оказались в их числе.
