Но теперь необходима поправка на божественное вмешательство, — заметил дедушка. — Но есть один тонкий момент.
— Да, — скис призрак. — Нужно искреннее согласие обеих сторон.
— Что нас возвращает к тому, что мы не знаем, кто вторая сторона, — убито сказала я.
— На самом деле, выяснить можно, — потер руками призрак. — И у меня даже есть идеи.
— Знаем мы ваши идеи, Ваше Величество, — проворчал дедушка. — Меня призрачное существование не прельщает.
— В этот раз все будет совершенно безопасно, — начал горячо уверять Франциск. — В конце концов, у меня не так много родственников, я просто обязан их поберечь и обеспокоиться сохранностью их жизни.
— Похоже, меня вы родственником не считаете, Ваше Величество.
— Внук, не нуди. Просил же называть меня по-простому — Франциск. К чему эта официальность? Она даже как-то оскорбительна. — Призрак смахнул несуществующую слезу несуществующим платочком. — Николь, тебя это тоже касается. Для тебя я Франциск. И не вздумай назвать меня дедушкой, а то я начинаю себя чувствовать жалкой развалиной, понятно? — Я кивнула, и Франциск удовлетворенно продолжил: — Итак, вернемся к нашим проблемам. Хорошо бы еще выслушать проводившего ритуал.
— Так он здесь, — обрадовалась я. — Франсина как раз должна была принести ему чай.
— Не судьба твоему кузену попить чай, — заметил дедушка и нажал переговорный артефакт. — Франсина, в гостиной должен быть инор д’Авьель. Проводите его, пожалуйста, ко мне.
Бал традиционно начался c подведения итогов соревнований големов. Бернара не было, но это ничуть не помешало Фурнье разразиться восторженной речью в его честь и сообщить, что победителю выделена дополнительная стипендия от короны. Раздались завистливые шепотки: наверное, мало еще кто знал, что семейное положение Бернара изменилось, а то бы вместо завистливых слов непременно были бы сочувствующие. Антуан стоял рядом, делая вид, что не имеет к случившемуся ни малейшего отношения. По нему не было заметно, что ночь он посвятил устройству чужой личной жизни: свеж, прекрасен и готов к новым приключения.
— Как повезло нашему другу, что Его Величество с этого года решил ввести именную стипендию, — радостно заявил он. — Странно, что сам Бернар не появился. Не так уж много мы вчера выпили.
— То-то ты сегодня провел все утро у целителей, — проворковала Вивиана, укоризненно погрозив пальчиком брату. — Представляешь, Николь, у него были глаза красные, как у кролика. Тебе нужно запретить ему шататься по кабакам.
Сегодня они демонстрировали трогательное единодушие, усиленно притворяясь, что понятия не имеют о браке Бернара. Уверена, скажи сейчас об этом кто-нибудь — удивление будет настолько естественным, что его вполне можно будет принять за настоящее.