Ночь пронизывала холодом, но теплый шепот его прикосновений согревал кожу на самых чувствительных местах. Я стояла неподвижно, понимая, что моя реакция может изменить все: вечер, отношения и даже мою жизнь. Анастасия! Очнись! Неужели это была ты в той беседке, о которой мы говорили?...
Спасибо строителям, труба держалась достаточно крепко и не отвалилась, как в каком-нибудь голливудском фильме.
Но, увы, под конец достаточно громко для собачьего слуха скрипнула. Уверена - они уже бегут. И я сама побежала, не обращая внимания на веточки под босыми ступнями и прочие неприятные ощущения. Где-то должен быть забор. Такой же кирпичный, как и сам дом. Есть шанс взобраться вверх до того, как меня сцапают.
Страх подгонял, заставляя бежать так быстро, как никогда. Еще немного, Настя! Давай. Сзади лай… спереди забор с тем же декором.
"Буквально пятками чувствую дыхание псов. Врезаюсь в красный кирпич… выступ один… второй… хватаюсь за верхушку и руки слабеют, не выдерживая моего веса… сейчас упаду прямо между двумя голодными псинами… Почему-то я уверена, что они точно голодные…
Глава 42
Иван
Эти синяки никак не давали мне покоя. Успокаивала только надежда, что Настя обязательно сказала бы, если б было что-то серьезное. И как назло трубку не берет - на совещании у Воронцова. Что у них там стряслось? Что за хрень происходит? Мне бы только услышать, что все в порядке у нее.
- Тань, тебе муж не звонил?
- Нет. И знаешь, мне это совсем не нравится. Как думаешь, сильно будет зол, если мы явимся? - она подняла на меня свои синие взволнованные глазищи. Я бы ее успокоил, если бы у самого сердце от чего-то не могло удержаться на месте.
Что меня так напрягает в этой ситуации с Настей? Ее последние намеки, что она не против насилия в сексе… как, чёрт возьми, если она девственница? Тогда зачем соврала и позволила думать о себе в этом направлении? А ведь когда я психанул, промолчала.
Бл… не понимаю ее! Что все это значит? Нужно было допросить ее утром. Идиот озабоченный! Поддался на уговоры и своей болезненной тяге снова обладать ею. Такая желанная, нежная с утра. И ведь честно так смотрела в глаза, обещала обсудить все вечером. Но как дожить до вечера с этой нарастающей тревогой в душе…
- Ваня… Ванюша! - Таня пощелкала пальцами перед глазами.
Я сконцентрировал на ней взгляд - Таня само спокойствие. Какая истерика?
- Пока едем, добавь лицу больше жалобного выражения и слез в голос, а лучше и в глаза еще.
- Так ты не против?
- Мне нужно Настю увидеть.
- Мммм… Вы вчера разве не вместе закончили вечер? - вместо тревоги в ее глазах мелькнуло любопытство, которое не удалось скрыть. Значит, Настя была права - за нами следили.
