Совершенно нетипично для нее – опоздать на работу. И, тем не менее, появляется она только после обеда и двух пропущенных встреч с клиентами.
– Прошу прощения, Екатерина Алексеевна. Проблемы дома.
Что за проблемы, даже спрашивать не решилась. Уж слишком убитый вид. Худые плечи ссутулены, под глазами залегли тени, а отсутствие румян на щеках передает болезненную бледность.
– Точно все сейчас нормально? – спрашиваю обеспокоенно. Я же не тиран все-таки. Да и Мила – умница, работница из нее на пять с плюсом. – Может, тебе нужен выходной?
– Нет-нет, – машет руками девушка, – пожалуйста, можно я буду работать?
Странная реакция и не менее странная мольба в ее глазах.
Вот и все. На этом наш разговор закончился, и я, робко улыбнувшись, скрылась в своем кабинете.
Честно пытаюсь сосредоточиться на работе, но мысли то и дело уплывают. Перед глазами то вчерашний дом Макса появляется, то тут же растрепанная и печальная Мила. Не могу сдержать порыва и все-таки набираю своего личного антидепрессанта.
– Бесполезно тебя просить так меня не называть, да? – улыбаюсь, прекрасно зная, что бесполезно. Мы говорили об этом и уже ни раз. Да и честно говоря, мне нравится. Быть для него деткой.
– Если предложишь подходящую альтернативу, то я учу, сладкая.
– О-о-ох, Гай, – вздыхаю, тихонько посмеиваясь. Поднимаюсь с места и неосознанно, как зачарованная, плетусь к окну. Широкому, открывающему потрясающий вид на вечерний город. Вот только город меня не интересует, смотрю туда, где находятся окна офиса Макса в соседнем бизнес-центре. Смотрю и кусаю губы.
– Ты сегодня до скольки на работе? – решаюсь наконец спросить.
– Еще пара встреч, а потом нужно заскочить в «Рассвет». Тебя забирать?
– Нет, я заеду домой, нужно покормить Бармалея…
– А лучше насовсем его забрать. Вместе с твоими вещами.
– Мы уже говорили об этом, – сразу меняется тон с расслабленного на деловой, приказной. – Ты все равно большую часть времени проводишь со мной, ну, и смысл тебе снимать эту квартиру? Да и… – в трубки виснет тишина, которую нарушает его уверенное, – я хочу тебя себе каждую свободную минуту. И я серьезно.
– Так нечестно, это запрещенный прием! – деланно возмущаюсь, хотя самой приятно до мурашек. – Может… – но договорить мне не дает хлопок двери за спиной. Оборачиваюсь, встречаясь с заразительной улыбкой подруги. – Таська?
– Может, Таська? – фыркает Гай в трубке. – Нет, детка, мне тебя хватит.