Автор
В новой квартире начинается новая жизнь: просторная двухкомнатная комната с маленькой кухней, похоже, стала чужим миром. Каждый предмет в этом доме кажется знакомым другому. Новизна и неуверенность теснятся рядом с надеждой на лучшее будущее, которое вот-вот начнётся здесь. Уже сейчас чувствуется какая-то новая атмосфера — как будто ты прикоснулась к какой-то другой реальности....
Видимо, его вся эта ситуация забавляла, и он откровенно получал удовольствие от того, как я пытаюсь прийти в себя от шока.
– Кстати, Матвей, – мама не унималась, – ты давно к нам не заглядывал…
Самурай открыл рот в попытке ответить, но я не дала ему такой возможности:
– У него репетиторов куча, выпускной класс всё-таки. Времени не хватает. – Я даже не старалась скрыть металлические нотки в голосе.
Он жестами показал, что мои слова ранят его в сердце, а потом собрал «слёзы» со щёк в ладошку. Ну придурок же. Видя, что мама разворачивается к нему, Самурай как ни в чём не бывало быстро сложил руки на коленях.
– Прилежание в учёбе – это, конечно, очень похвально. Но отдыхать и расслабляться тоже нужно. Дочь, ужинай, а потом чай пейте, я эклеров купила.
– Эклеры! – Жеглов наконец подал голос и потёр ладони в предвкушении. – Я их просто обожаю! Спасибо, тётя Аня.
Тётя Аня?! Эклеры?! Что с этими двумя?! Мама с улыбкой выплыла из кухни, ободряюще похлопав меня по плечу. Дождавшись, пока она скроется в комнате, я зашипела на нежданного гостя:
– Что ты здесь делаешь?
– Ты что, не слышала? – вопросом на вопрос ответил Самурай.
– Слышала версию мамы. Мне интересно услышать твой рассказ.
Кухня в нашей квартире была очень маленькой, и вместо стола приходилось использовать широкий подоконник – вдвоём как раз помещались.
– Садись ужинай, и поговорим. – Жеглов кивнул на пустой стул рядом с собой, разворачиваясь к окну.
Перед ним на тарелке горкой лежали эклеры. Самурай зацепил один пальцами и смачно откусил добрую половину пирожного.
– Нальёшь мне чаю?
– Сам нальёшь. Мне кажется, ты вполне освоился у нас.
Я села на стул, всем своим видом показывая, что очень сосредоточена на еде. Жеглов не стал спорить, поднялся, похлопал дверями навесных шкафов в поисках чашки:
– Тебе наливать?
– Чёрный, – буркнула в ответ.
Если ещё пятнадцать минут назад мне казалось, что я умираю от голода, то сейчас кусок в горло не лез. Я с трудом двигала челюстями, тщательно пережёвывая и без того мягкую еду.
