Ты кто такая? Мужчина нацелил руку в мою шею, почти задушив. Его глаза как медовый сияющий свет, но ведь это невозможно. Их вообще нет! Паника в узких губах парня немного ослабла, но он не отпускает. Я вырываться, объясняться... какой я тут делала?
- Я не хочу, чтобы ты пострадала, - сказал он спокойно. – То, что вы задумали может привести к неизвестному результату… А еще, - мужчина шумно вдохнул, - сюда идет мой отец.
- Задержи его, - я схватила Кириана за руку, - задержи, пожалуйста.
- Кира, - мужчина покосился на моего отца, а затем посмотрел на меня, - я не могу идти против моего отца, только если ты не станешь моей. Я как Альфа обязан защищать свою пару. Я тебя защищу.
- Через несколько минут я могу лишиться всего. Может вовсе стану человеком! Тогда не будет ничего… Не будет зова…
- Мне он не нужен, - Кириан склонился ко мне и слегка коснулся губами моей щеки и прошептал, - я уже решил.
Кириан быстро вышел из комнаты. Мне не дали осознать происходящее, меня окликнул отец и приказал положить левую руку на Луну и призвать волчицу.
Я коснулась холодной поверхности шара и посмотрела на Марка, он стоял напротив. Я видела его лицо через шар, искаженное, но все равно могла рассмотреть мимику.
Он был напряжен и взволнован, как и я.
"Волчица терлась у моих ног и от этого хотелось выть. Я готова отдать свою силу, я готова отказаться быть Альфой, но расстаться с ней было больно. Словно я вырывала кусок сердца.
Альтрен начал произносить слова на незнакомом мне языке. Сложные и витиеватые, они звучали словно песня. Грубая, но завораживающая. Я прикрыла глаза и прислушалась к звукам, которые уносили куда-то вглубь сознания.
Даже закрытыми глазами я почувствовала, как стены исчезают и мы остаемся на круглом постаменте, окруженном каменными колоннами.
Вначале шар полностью заполняется туманом, молочно-белым, мутным, но затем в нем появляются просветы. Будто вспышки.
Шар вибрирует, дрожит. Мне становится не по себе и от песни отца и от обстановки.
Мороз по коже пробирает, но я продолжаю стоять, хотя чувствую, как мои ноги слабеют.
Чем громче становится голос отца, тем больше темнеет шар. Я открываю глаза и вглядываюсь в тьму. Мерцающую и непроглядную
Мои ноги слабеют и ноги подкашиваются, но я продолжаю стоять.
- Я держу тебя, - шепчет Кириан и это предает сил.
Мне кажется, буто из меня вытягивают жизнь, внутренности сжимаются в комок. Меня скручивает пополам. Я громко кричу и краем сознания слышу рычание Марка.
Только бы с ним было все хорошо! Последняя мысль, которая мелькает в моей голове.
