16 июня. Понедельник. Ариана. В учебном лагере колониальных войск, где сам подписался на длительное путешествие, каждая минута важна для поддержания физической формы. Теперь важно использовать неделю между завтраком и обедом, когда любимое место нахождения исполняющего обязанности энсина Кольера становится критическим тренировочным пространством....
Психическая энергия — это тоже энергия.
Алиса подняла брови."
"— Да-да, — усмехнулся Энтони. — Если не можешь побороть — возглавь. Тренировать будешь управление своей злостью. А именно, раз ты так любишь напролом идти… То делай это с такой скоростью, чтобы попросту не успевали. Переведу… Нужно ещё больше злиться.
— О, это без проблем! — уверенно ответила девушка.
— Вот когда будешь толкать, — заметил Энтони. — Прям рычи. Ненавидь. И, в какой-то момент, ты ощутишь… Что стала очень лёгкой. Запомни это состояние.
— А что при этом происходит? — с интересом спросила Алиса.
— Археум и тело — это два сообщающихся сосуда, — ответил парень. — Когда ощущаешь лёгкость, значит, они уравновесились. Опасность — большой расход магии. Но в этом состоянии ты будешь очень быстрой. Крайне, как молния. И бери в руки что-нибудь потяжелее, но не массивное. На вес тебе будет наплевать, а вот зацепиться и себя затормозить этим… Ну, ты поняла?
— Да-да, — кивнула девушка. — Но-о… А тебе ничего за это не будет?
— За что? — недоумённо спросил парень.
— Не просто же так нас этому не обучают, — произнесла Алиса.
— Не обучают, потому что нужен персональный подход, — ответил Энтони. — К каждому. А это время, силы и деньги. Обучишь — а курсант на гражданку. А вот в градуате человек уже себя показал и сам понял, что ему это надо. Да и дурь всякую в армии выбили.
— Логично, — покивала Алиса.
— Было бы выгодно сразу учить, так бы и делали, — произнёс Энтони. — Есть, конечно, такие, которых сразу учат…
— Но это не про нас, — криво усмехнулась Алиса.
— И ещё, — Энтони затянулся. — Алис. Потащат с боевых в канцелярию, прошу, не страдай боевым братством. Как я.
Девушка покосилась на собеседника.
— По итогу, — Энтони затянулся. — Ты навсегда осядешь где-нибудь… в какой-нибудь заднице мира. Вечный дежурный истребитель, мать его. И никто тебя не будет повышать. А знаешь почему?
— И почему? — с любопытством спросила Алиса.
— Потому что так всем будет удобно, — вздохнул Энтони.
Этнони выпустил клуб дыма.
— Пока не погибнешь, — добавил он. — Ну, или по ранению спишут. Можешь у Хаунда ещё уточнить. Наверняка, у него примерно так и было.
— Значит, говоришь, не служил нигде? — спокойно уточнила Алиса.
