В вышине неба раскинулось глубокое синее — знак того, что новый день приближается. Меньше года назад баронесса Ирэн Лопатина столкнулась со страшной аварией и оказалась в чужом мире. Теперь она стремится сохранить воспоминания о прежней жизни, несмотря на все трудности нового существования....
Когда Ирэн увидела из окна кареты, сквозь дождик, который моросил уже несколько дней, знакомые ворота, то на какое-то время даже тягостное ощущение от непонятного исчезновения Сергея отступило.
Ей казалось, что это лучшее место на земле, такой большой радостью переполнилась её душа.
На подъезде к поместью их встретил казачий разъезд, Ирэн попросила пока не сообщать, что она едет, сказала, что хочет устроить сюрприз. Казаки переглянулись, Ирэн не поняла смысла переглядываний, но на всякий случай спросила:
— Дома всё в порядке? Ничего не случилось?
Казак с офицерскими нашивками коротко хохотнул:
— Всё в порядке, не волнуйтесь, Ирэн Леонидовна, едьте, порадуетесь!
Ирэн подумала, что, конечно, она порадуется, но услышать это от казака было странно, будто бы в доме её ждало нечто такое, что она никак не ожидала там увидеть.
Глава 50
Второй казачий разъезд встретил Ирэн непосредственно при въезде на территорию поместья и сопроводил до самых ворот.
На воротах стояла охрана Никодима.
Время было обеденное, поэтому в доме вкусно пахло жареной картошкой и пирогами. Дворецкий с радостным выражением лица помог Ирэн скинуть тёплую накидку и на вопрос, где все, ответил:
— Они в малой столовой, барыня, о вас доложить?
— Ни в коем случае, сама доложусь, — сказала Ирэн и пошла по лестнице наверх в малую столовую залу.
Перед дверью в столовую залу стоял лакей, а Ирэн подумала:
— Ничего себе лакеев сколько в доме, неужели на каждой двери стоят?
Лакей распахнул перед ней двери, и она вошла.
Картина, которую она увидела, сразу прояснила Ирэн замечание от казака.
Посередине стола на правой стороне сидел какой-то помолодевший Леонид Александрович, рядом с ним, тоже помолодевшая, и не узнать, сидела Лидия Артамоновна.
Дети сидели на другой стороне стола и о чём-то шептались. Танюша, сидевшая на руках у Глаши тоже пыталась принять участие в перешёптываниях, но видно, что ей это не очень интересно, отчего она периодически начинала крутить головой, смотря по сторонам.
— Мама! Мама! Мама велнулась!
В зале возникла тишина и сначала, будто бы не поверив, все посмотрели на Танюшу, а потом перевели глаза на то место, куда она показывала пальчиком.
Первыми «разморозились» мальчишки, братья рванули наперегонки, но Сашенька оказался быстрее!
Он ловко опередил своих «дядек» и прижался к маме.
